Водитель для Веры

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Pipe-128.png
Эта история была написана участником Мракопедии в рамках литературного турнира. Пожалуйста, не забудьте указать источник при использовании.
Vagan.png
В роли страшилки эта история Настолько Плоха, Что Даже Хороша. Хотя она и пытается казаться страшной, её истинная цель отнюдь не в запугивании.

О жизни Веры до наступления периода половозрелости известно довольно мало. Родилась девочка в середине зимы, однако из-за ошибки медсестры, составляющей её медицинскую карту, день рождения отмечает в конце лета. На выбор родителям было дано три имени – Вера, Надежда и Филипп, из которых им пришлось долго выбирать соответствующее прозвище для розовощёкого младенца весом семь с половиной килограммов и тремя коренными зубами.

В средней школе за Верой прочно закрепился образ отъявленной активистки и в каждой бочке затычки – ни один конкурс, кастинг, концерт и митинг в поддержку озеленения Марса не проходил без активного участия Веры, которая искренне хотела поделиться с этим миром всеми своими талантами и особенностями. И хотя танцевала Вера так, как будто её внезапно охватил приступ мышечного паралича, а от звука её голоса замертво падали птицы и преждевременно рождались дети, Веру все принимали такой, какая она есть – ведь она была такой безотказной. Безотказной в хорошем смысле этого слова – Вера всегда была готова прийти на помощь ближнему своему и в переносном (а иногда и буквальном) смысле жопу порвать на британский (или любой другой) флаг, если это поможет её другу, товарищу, собрату выкарабкаться из сложной жизненной ситуации. Да, Вера была из той породы людей, которые просто не умели говорить «нет» и «остановите на следующей, пожалуйста», будучи в маршрутке.

И окружающие её люди, к сожалению, этим бессовестно пользовались в своих корыстях целях.

∗ ∗ ∗

– Верочка, дорогая, мы все тебе очень благодарны за то, что ты согласилась закрыть сегодня финансовый отчёт за этот квартал, – сказал девушке высокий статный мужчина средних лет. Это был начальник Верочки, Антон Сергеевич Порыгайко.

– Ой, ну что вы, Антон Сергеевич! Мне только в радость! – расплылась в милой улыбке Верочка. Самое страшное было в том, что она даже не лукавила.

– Я понимаю, что сегодня Хэллоуин, – со зловещим, как ему самому казалось, выражением на лице, сказал Антон Сергеевич. – Сегодня все тёмные и злые духи, демоны и приведения вырываются на свободу, чтобы воздать смертным за все их земные грехи, и все преступления абсолютно законны! Полная анархия и вседозволенность!

– Тут вы, кажется, перепутали с фильмом «Судная Ночь», – тактично поправила его Вера. – Если вы сегодня кого-то убьёте – вас точно посадят в тюрьму.

– Да? Блин, ну ладно, – немного разочарованно сказал Антон Сергеевич. – В любом случае, я надеюсь, тебе будет не страшно одной в таком большом и… тёмном офисе?

– Нет, ну что вы! – Вера кивнула на экран своего монитора. – У меня тут столько работы, что я вряд ли что-то замечу, даже если сзади ко мне подкрадётся серийный маньяк.

– Ха-ха-ха! Да, это точно! – опять же зловеще, как ему самому это слышалось, засмеялся Антон Сергеевич. – Сегодня ночью по улицам будет шастать куча всяких маньяков и убийц! Будь осторожна!

– Вы тоже, Антон Сергеевич! – искренне пожелала ему девушка. – Кстати, у вас такой оригинальный костюм! Вы копируете стиль Патрика Бэйтмана из «Американского Психопата»?

– Что? А-а-а, это... – начальник Веры с неудовольствием посмотрел на свою «окровавленную» рубашку. – Да это я просто кетчупом облился во время обеда. Нет, костюм у меня дома, и он просто потрясающий! Очень жаль, Вера, что ты сегодня не попадаешь на наш корпоратив.

– Да, мне тоже очень жаль, – на минуту взгрустнула Вера. Корпоративы она любила, особенно те, где на халяву наливали вермут.

– Но не переживай – зато ты быстрее всех получишь повышение! Это я тебе гарантирую! – подбодрил её Антон Сергеевич. – Ну что, я пошёл! Давай, Вера, ни пуха тебе!

– К чёрту, Антон Сергеевич! – с боевой решимостью ответила девушка.

– К нему самому, Вера, к нему самому! – по-настоящему зловеще сказал Антон Сергеевич, и его глаза на секунду блеснули ярким красным огнём, прежде чем фигура начальника окончательно растворилась в тотальной непроглядной тьме неосвещаемого офиса.

– Ну что ж, – Вера с ответственным видом размяла шею, хрустнула пальцами и уткнулась в экран монитора. – Отчёт сам себя не сделает!

Вера была ответственным сотрудникам и никогда не позволяла себе отвлекаться во время работы на различные необязательные мелочи.

Ну…почти никогда.

– Что значит – «меньше пятнадцати – не мужик?» – возмущённо жаловалась Верочка экрану своего монитора. – Кто такая эта Ивлеева, чтобы такое говорить? Тьфу ты, чушь какая-то! Хорошо, что мой Васенька такое не смотрит…

Даже не задумываясь о том, что её Васенька смотрит на самом деле в её отсутствие, Вера уже через минуту вернулась к работе, но далеко не в гробовой тишине.

– Здесь так красиво, я перестаю дышать! – ни разу не попадая в ноты, подпевала Верочка играющей на весь офис песне. – Звуки на минимум, чтобы не мешать!

Обычных звуков, не относящихся к музыке, теперь действительно стало самый минимум. Разве что со стороны дальней части офиса то и дело доносилась какие-то странные, чуть глуховатые звуки ударов.

С каждой секундой они становились всё громче. И громче. И ГРОМЧЕ.

– Ой! – вздрогнула Вера, когда очередной такой удар смог добраться до её барабанных перепонок сквозь поток гов…творчества русских реперов. – Здесь кто-то есть?

Она быстренько выключила музыку и внимательно прислушалась. Звуки ударов действительно исходили откуда-то из зоны отдыха. Они были свистящими и чавкающими, как будто кто-то со всего размаху втыкал огромный тесак в не менее огромную мясную тушу.

Верочка очень хорошо знала эти звуки, потому что ещё с детства привыкла к подобному зрелищу, приходя с родителями на провинциальный рынок за покупками.

– Кто-то режет мясо? – удивилась про себя Вера. – Но зачем? Они что, не в курсе, что после шести, есть белковое – вредно для фигуры?

Может быть, стоит пойти и сказать им об этом? Да и вообще, кто в такой поздний час, кроме неё, может ещё быть в офисе?

Так что, пойти и проверить эти странные звуки? Или лучше просто сесть обратно за отчёт и сделать вид, что ничего не случилось?

– Может, позвонить Васе? – снова про себя подумала Вера. – Пусть приедет и заберёт меня. А отчёт доделаю завтра, приду пораньше – и доделаю.

Вера стояла возле своего рабочего места и решительно не понимала, что же ей делать дальше. А звуки отбивания сырого мяса, меж тем, становились всё более жёсткими и отчётливыми…

Одним словом – обстановка в офисе резко перестала гармонировать со светлыми и позитивными душевными струнами Веры.

Поняв своим, пускай и маленьким, но мозгом о том, что к зловещим и крайне подозрительным звукам приближаться опасно, а игнорировать их попросту глупо, девушка решительно достала из сумочки телефон и набрала номер своего парня, вечного жигало и раздолбая Василия.

– Алло, Вася! – зашептала она в трубку, когда он принял её вызов. – Васенька, ты где?

– Привет, детка! – послышался из трубки его расслабленный и развязный голос. – Да мы тут с пацанами зависаем у кого-то на «вписке», чисто по теме! Ну, ты же в курсе, сегодня Хэллоуин, ну вот мы и решили немного оторваться по полной программе – «Олл Инклюзив», так сказать, да? Купили, значит, травки, пивчанского, презерва…э-э-э, нет, детка, ты не подумай ничего такого – резинки не мои, это Димона, он их постоянно повсюду раскидывает…

– Да мне насрать, чьи это гондоны! – жарко зашептала в трубку Вера. – Вася, мне страшно! Мне кажется, в офисе кто-то есть!

– Ну, так на то они и офисы – там постоянно кто-то есть. Там же, типа, люди работают…

– Нет, ты не понял, балда! Я сейчас одна, то есть думала, что одна! Все ушли на корпорат, а я осталась доделывать финансовый отчёт за этой квартал! Ты вообще представляешь себе, что это такое?

– Очень смутно, детка, – ответил парень Верочки. – Ты же знаешь, я после девятого класса в армейку загремел, и нам там было далеко не до алгебры-шмалгебры…

– Короче, Вася! Я слышу какие-то подозрительные звуки! Как будто кто-то сырое мясо рубит!

– А что, у вас там, типа, открытая кухня, всё такое, да? Ну, я как бы, в этих ваших офисах не разбираюсь ни хера…

– У нас вообще нет кухни, Вася – ни открытой, ни закрытой! Мне кажется, там делают что-то нехорошее! Забери меня отсюда, блин! Мне очень страшно!

– Ну, ну, успокойся, детка, – немного неуверенно начал говорить Василий. – Понимаешь, если я сейчас уйду, пацаны не поймут, типа, обидятся…

– Если ты сейчас же не приедешь – обижусь уже я! И сильно!

– Слушай, ну, в самом деле – что там могут быть за звуки? Может, тебе просто это привиделось? Ну, типа, слуховые галлюцинации на нервной почве? Знаешь, у меня бабка-знахарка, я тебе про неё рассказывал. Однажды она по ошибке принесла из леса кучу неизвестных грибов, приготовила их и угостила всех соседей. Тем понравилось, они тоже таких насобирали и угостили своих соседей, и так дальше по цепочке…А уже через пару дней вся деревня ходила совершенно обгашенная – им там уже и тройная радуга виделась, и единороги, и второе пришествие Христа, в натуре!

– Я никакими грибами не закидывалась! И я совершенно точно уверена, что это не галюники!

– Нет, ну, как бы, проверить всегда лишним не будет – ты туда не ходила?

– Конечно, нет! Я, может, и тупая, но не настолько! Я сразу позвонила тебе!

– А может, всё-таки, сходишь и проверишь – ну, чтобы точно убедиться? А то, знаешь, не хочется расстраивать пацанов по пустякам…

– Слушай меня внимательно! – судя по голосу, у Веры, кажется, окончательно лопнуло терпение. – Если ты сейчас же не поднимешь свою ленивую жопу и не приедешь за мной, у нас не будет секса две недели!

– Детка, ты чего…

– Месяц!

– Да что я такого сдел…

– Три месяца!

– Слушай, детка, ну ты меня сейчас просто за яйца взяла, в метафизическом плане, естественно, – Василий наверняка имел ввиду слово «метафорически», но это не суть важно. – Нет, ну если вопрос встал таким клином, то я, естественно, прямо сейчас – как говориться, ноги в зубы, руки в уши и…

– Ты адрес то хоть помнишь?

– А ты скинь «эсемеской».

Вера отправила SMS-ской адрес здания, в котором находился её офис, Василию. Ещё никогда она не набирала сообщения так быстро и совсем без смайликов.

– А-а-а, ну так это же совсем близко – буквально минут десять ехать на тачиле. Так что ты, это, можешь пока потихоньку спускаться вниз, а я к тому времени уже буду ждать тебя у выхода.

– Спасибо, Васенька! – Вера отключила голосовую связь, засунула телефон в сумочку, накинула её на плечо и медленно начала пробираться к виднеющимся вдалеке лифтам.

Всё это время, пока она говорила, звуки ударов ни прекращались ни на секунду, и чем ближе она пробиралась к виднеющимся в темноте служебным лифтам, тем отчётливее, яснее и «сочнее» звучали звуки рубки сырого мяса.

Наконец, добравшись до лифтов, Вера нажала на все доступные кнопки, но отозвался только один. Лифт ехал до её этажа секунд тридцать, и эти секунды показались Вере едва ли не вечностью.

Едва створки лифта открылись, как перед Верой предстало душераздирающее зрелище – окровавленный труп неизвестного мужчины, лежащий прямо под приборной панелью.

– ОЙ, МАМА! – от нахлынувших чувств закричала Верочка на весь офис. – МАМОЧКА!

Спустя секунду Вера поняла, что истошный крик – не самый лучший способ «по-тихому» уйти из зловещего офиса. Но было уже поздно.

Страшные звуки внезапно прекратились, и вместо них появилась новые – гулкие тяжёлые шаги, сопровождаемые шумным сопением обладателя этих самых шагов. И судя по всему – тот, кто раньше занимался любительской кулинарией, теперь направлялся прямо к лифтам.

– Господи, что делать? – запричитала Вера, теребя в руках ремешок своей сумочки. – Что делать то, Господи…

Лифт, вызванный ею, всё ещё стоял и ждал своего пассажира. Вместе с весьма красноречивым трупом мужчины.

Тяжёлое сопение и топот за спиной Веры с каждой секундой ожидания становились всё более и более неумолимыми…Некто зловещий, вероятнее всего – с огромным тесаком в окровавленных руках подходил к Вере всё ближе…и ближе…и бли…

– НУ НАХЕР! – процитировала Вера одного знакомого священника и, превозмогая огромную природную брезгливость, заскочила в лифт и со всей дури саданула по кнопке первого этажа.

Створки лифта медленно поехали навстречу друг другу…пока между ними не возникло препятствие в виде толстенной волосатой руки, чьи синюшные пальцы-сардельки потянулись к Вере.

– ДАВАЙ, ДАВАЙ, ДАВАЙ! – Вера долбила по всем кнопкам лифта с такой силой, как будто от этого зависело её будущее повышение. – ЗАКРЫВАЙСЯ, БЛИН!

Недоумевающий лифт заново открыл свои двери, и на несколько секунд Вера смогла увидеть зловещее НЕЧТО, чья огромная фигура угадывалась в офисной тьме. Его волосатая рука уже практически добралась до лица Веры, и девушка даже смогла ощутить исходящий от пальцев острый и резкий запах серы и «Тройного одеколона». На глазах её – то ли от страха, то ли от ароматов – проступили крупные девичьи слёзы…

– Я не хочу умирать! – закричала Вера во весь объём своих лёгких. – Я ещё «Анатомию страсти» не досмотрела!

Как будто услышав крик её души, лифт внезапно захлопнул свои двери – быстро и жёстко – сделав это с такой силой, что волосатая рука отделилась от основного тела и звонко шмякнулась на пол лифта, сопровождая этот процесс обильным кровоиспусканием и душераздирающими воплями бывшего обладателя руки.

– Господи…Мамочка…Господи… – шептала себе под нос Вера, когда лифт, наконец, тронулся с места.

– Ты уж определись – мамочка или Господь, – донёсся до неё голос из противоположного конца лифта. – Хотя сто пудов никто из них тебе не поможет.

Обладателем голоса был сидящий в луже собственной крови мужчина, из головы которого торчал здоровенный топор, который Вера обычно видела только у киношных лесорубов.

– Вы…вы… – Вера трясущими губами пытались выдавить из себя членораздельную речь. – Вы же…

– Да ладно, чего уж там – давай уже на «ты», – разрешил ей «труп».

– Ты же…мёртвый… – в голове у Веры медленно созревал полноценный когнитивный диссонанс. – Как ты…как ты разговариваешь…

– А я не мёртвый, я – кукла, у меня в жопе дырочка, в ней рука моего кукловода торчит, это он мной управляет, – мужчина поднял вверх вялую синюшную руку с обвисшей кистью. – Только я ходить не могу, потому что сломанный.

– Бред…бред собачий… – с круглыми глазами шептала Вера. – Это всё глюки…это всё ненастоящее…

– А как тебе такой глюк? – мужчина поднял с пола оторванную руку и кинул ею в Веру.

– ТВОЮ МАТЬ! – девушка еле увернулась от гигантского снаряда, влетевшего в стену лифта и оставившего на ней нехилую вмятину.– НЕ ДЕЛАЙ ТАК БОЛЬШЕ!

– А ты прекращай делать вид, что я – ненастоящий! – пожурил её мужчина. – Иначе я разозлюсь, оторву себе член и запущу им в тебя. Он у меня маленький, прямо в глаз попадёт и застрянет там, будешь потом всю жизнь ходить, как дура, с членом в глазу. И ты не сомневайся, я не промахнусь – я в армии был первым по биатлону и стрельбе по тарелочкам. А ещё чемпионом по шахматам.

– Господи…я схожу с ума… – Вера в отчаянии схватилась обеими руками за голову, рискуя испортить идеальную причёску. – Надо выбираться отсюда!

– Сто пудов, подруга – валим, пока этот хер с тесаком по лестнице спускается, – усмехнулся мужчина. – Вот же дибилоид, у вас же второй лифт есть. Там, кстати, Оксана сидит, классный маникюр делает. Делала.

Вера пропустила его слова мимо ушей, дрожащими руками нажала кнопку на приборной панели, и двери лифта медленно разъехались, открывая её взору безлюдный вестибюль здания, где их компания снимала свои офисы.

– Валим, валим, валим! – Вера вскочила, как пчелой ужаленная, и кинулась к выходу.

– Э-э-э, стоямба, мамасита! – мужчина окликнул девушку на смеси мексиканского и гопнического. – Бросаешь боевого товарища в беде? У нас в 120-ой отдельной гвардейской механизированной Рогачёвской Краснознамённой, орденов Суворова и Кутузова бригаде так не принято! У нас один за всех, и все – по окопам!

– Чего тебе надо? – спросила Вера, задним умом понимая, что разговаривает с ожившим трупом и это уже – не норма.

– Возьми меня с собой! – требовательно ответил мужчина. – Я тебе пригожусь! Я же капец какой полезный, всё могу делать – могу лежать, могу сидеть, могу глазами похлопать – практически человек-швейцарский нож!

– Совсем охренел? – взвизгнула Вера. – Ты же труп, ты покойник!

– Это очень оскорбительное заявление, – обиженно сказала мужчина. – Корректнее будет сказать – «Человек, прекративший свои жизненные функции».

– Да без разницы! – всплеснула руками Вера. – За мной сейчас парень заедет – что я ему скажу про тебя?

– Что мы просто друзья и ничего больше,– бархатистым баритоном сказал мужчина. – Хотя, знаешь, при нашей первой встрече я почувствовал, как между нами пробежала искра…или это был таракан…

– Ой, всё, просто заткнись! – Вера в очередной раз переборола брезгливость, тяжело вздохнула и одним махом взвалила себе на спину тело мужчины. – Господи, ты весишь целую тонну!

– Да я лёгкий, как годовая подшивка ваших финансовых отчётов! – обиженно сказала мужчина. – Это всё топор в башке! И ещё рука волосатика, я её тоже прихватил – полезная в хозяйстве херовина!

∗ ∗ ∗

Путём невероятных физических и моральных усилий, а также просто по прихоти автора, Вера благополучно дотащила своего нового знакомого до выхода из здания.

Опустив мужчину на ступеньки, Вера орлиным взором окинула окружающие окрестности и, к своему величайшему облегчению, заметила машину Василия, припаркованную недалеко от них.

– Карета подана, мадам! – тоже заметив машину, отреагировал мужчина. – Пора ехать на бал!

– Залезем внутрь – молчи и не подавай признаков жизни! – предупредила его Вера, снова взваливая труп себе на спину.

– Да как два пальца отрубить! – ответил мужчина и сделал фирменное «мертвецкое» выражение лица.

Дорога до машины не заняла много времени, однако весь отрезок пути Веру не покидало ощущение, что что-то явно идёт не так.

– Господи, Вася, я чуть не умерла, пока выбирались из офиса! В буквальном смысле! – сказала своему парню Вера, открывая двери машины. – Кстати, прикольная маска! Ты у нас кто, Кожаное Лицо?

Василий безмолвно смотрел на свою девушку сквозь крохотные вырезы для глаз, сделанные на белой матовой маске, изображающей человеческое лицо.

– Да ты чё, мать, это ж Майкл Майерс! Я, кстати, не люблю эту франшизу, особенно оба высера от Роба Зомби. – Сказал мужчина, пока Вера с трудом заталкивала его на заднее сидение автомобиля. – Хуже Майерса только Джейсон Вурхиз! Каким нужно быть дебилом, чтобы носить хоккейную маску и не играть в хоккей?

– Заткнись, – сквозь зубы прошипела ему Вера. – Вася, это…это мой коллега, по работе, его зовут…зовут его…

– Борис, – подсказал мужчина.

– Да, его зовут Борис, он немножко перебрал, забыл вечером уйти домой, потом начал шуметь в зоне отдыха и испугал меня…до усрачки, – Вера нервно сглотнула комок сжатых нервов, застрявший в горле. – Давай быстренько завезём его на клад…э-э-э…к нему домой, а потом поедем по своим делам. Оки-доки, пупсик?

«Пупсик» не отреагировал ни единым мускулом, смерив Веру и Бориса безразличным взглядом холодных глаз.

– Ну,…ладненько, – Вера слегка поёжилась, забираясь в, на удивление, холодной салон. – Ой, свежо тут у тебя! Может, печку включишь?

Василий не отреагировал на её просьбу, быстро завёл машину и плавно выехал на проезжую часть.

– Ты какой-то…неразговорчивый, – спустя минут десять взаимного молчания, Вера не выдержала. – Ты что, обиделся?

Ответом на её вопрос была звенящая тишина.

– Да, я запаниковала, сорвала тебя с места, заставила оставить твоих…друганов, но, знаешь, иногда мне кажется, что ты ценишь их больше, чем меня, – начала рассуждать Вера. – Я понимаю, что друзья – это святое, но иногда их слишком много в твоей жизни, а меня, наоборот – слишком мало! По-твоему, это справедливо? Друзья – друзьями, но как же я, как же мои чувства? Когда мы в последний раз проводили время вдвоём, без твоих дебильных дружков? Почему ты сейчас молчишь, ты меня игнорируешь? Тебе что, наплевать на меня, я тебе больше не нужна? Может, мне уйти от тебя? Друганы тебе и ужин приготовят, и минет сделают – они же такие незаменимые!

Вера со злостью ударила рукой по боковому стеклу, чуть не сделав на нём трещину.

– Знаешь, я просто…я просто хочу понять, кто мы друг для друга, кто я для тебя – что-то серьёзное или «просто так, попонтоваться перед пацанами», – продолжала девушка, немного успокоившись. – Мы встречаемся уже два года, ДВА ГОДА, Вася! Все мои подруги уже давно вышли замуж, а ты всё никак не можешь встать на одно колено и подарить мне сраное кольцо!

– Я женюсь на тебе хоть прямо щас, только кольцо из желудка достану, – вставил свои «пять копеек» Борис. – Оно у меня коллекционное, от немецкой гранаты сорок третьего года.

– Если ты меня не любишь, то так и скажи! Давай! Останови машину, посмотри мне в глаза и скажи, чётко и внятно – «Вера, я тебя не люблю!», – не обращая внимания на Бориса, говорила Вера, – потому что своим молчанием, своим безразличием ты меня сейчас БЕЗ НОЖА РЕЖЕШЬ!

Вера, красная как варёный рак, отвернулась от Василия и громко засопела, уткнувшись лбом в холодное стекло.

– Вась, ты…ты извини меня, ладно? Просто…просто день, точнее – вечер какой-то…дурацкий, столько…столько всего навалилось… – Вера вытерла со щёк проступившие слёзы и шмыгнула носом. – Я что-то…совсем расклеилась. Ты прав, нужно поговорить об этом дома, а то сейчас я тебя просто от дороги отвлекаю.

Василий продолжал хладнокровно крутить баранку, больше походя на таксиста, не любящего разговоры и шансон.

– У тебя тушь потекла, – донёсся голос Бориса с заднего сиденья.

– Молчи, – не оборачиваясь, прошипела Вера.

– Нет, серьёзно, ты сейчас на енота-Рембо похожа, с такими-то кругами под глазами, – продолжал Борис. – Что, небось, покупала водостойкую, а в магазине накололи?

– Молчи, твою мать! – в полный голос сказала Вера, затем спохватилась и притворно улыбнулась Василию. – Молчи, молчи…не говори…я всё пойму сама…ла-ла, ла-ла…да, хорошая песня.

– Это из репертуара «Виагры»? – удивлённо спросил Борис. – Хотя нет, больше на Жанну Фриске смахивает.

Вера смерила Бориса взглядом маньяка-убийцы, а затем снова уткнулась в холодное стекло, которое она уже успела согреть своим лбом.

В свете ночных фонарей на обшарпанной автобусной остановке девушка заметила упитанного молодого парня, одетого в нелепый костюм Супермена. Костюм был настолько плохо сделан и сшит не по размеру, что Вера на минуту задумалась о том, что в ИКЕА могут делать не только хреновую мебель.

Супермен отчаянно «голосовал», но все его усилия были тщетными – до выборов оставалось ещё пара лет.

– Бедняга... – кивнув на исчезающую сзади фигуру, сказала Вера. – Он выглядит таким одиноким…без друзей…без родственников…Наверное, дома его ждёт только пятая PlayStation и суп в пакетиках…Как жаль, что мы не можем его подобрать…

После её слов Василий внезапно притормозил и начал давать задний ход.

– Я сказала – НЕ МОЖЕМ подобрать! – запаниковала Вера.– У нас…у нас места нет! Сзади Борис сидит! Он…он интроверт и не любит чужих людей!

– Дамочка, я высокоактивный социопат! – отреагировал Борис. – Кстати, именно поэтому меня и грохнули – я слишком часто говорю людям то, что они сами о себе думают.

Василий не сбавлял темпа, и уже вскоре машина поравнялась с радостного вида Суперменом.

– Божечки-ёжечки, спасибо вам огромное! – Супермен заглянул в окно к Вере и лучезарно улыбнулся. – Я тут уже час стою, думал, ещё немного – и умру от переохлаждения!

– Не самый худший вариант, кстати – авторитетно заявил Борис.

– Подвезёте до центра? – не дождавшись ответа, Супермен открыл дверь и ввалил свою тушу на заднее сидение. – Вау, у вас тут так холодно! Обогреватель сломался?

– Нет, просто…мы любим холод, – стуча зубами и обнимая себя, ответила Вера, пока Василий заводил мотор и снова выезжал на дорогу.

– Вау, у вас такой потрясный костюм! Кровь такая натуральная! И этот топор – просто шик! – Супермен достал из складки на животе мобильный и прильнул к Борису. – Можно я сделаю с вами «сэлфи»?

– Выложишь эту фотку в свой «Инстраграм» – я тебя из-под земли достану! – сердито ответил Борис. – И никаких фильтров – я и без них красавчик!

– Едите на вечеринку, да? – не переставая улыбаться, спросил Супермен. – Я тоже! Правда, пропустил последний автобус, но – мир не без добрых людей!

– Верусик, он думает, что мы – добропорядочные христиане и мухи не обидим! – усмехнулся Борис. – Парень, да ты машиной ошибся! Или вообще страной!

– Классная маска! «Хэллоуин» Карпентера, да? – Супермен кивнул на маску Василия. – Обожаю эту франшизу! Особенно оба ремейка от Роба Зомби! Он просто гений, правда? Вообще, круче Майкла Майерса – только Джейсон Вурхиз! Величайший маньяк в истории кино!

– Кто-нибудь, пристрелите меня! Или его! – запричитал Борис. – А лучше – нас обоих!

– Я вообще люблю всякие ужастики, просто обожаю их, жить без них не могу! – энергично закивал Супермен. – Пересмотрел уже всю классику, перечитал всего Лавкрафта, Блоха и Кинга, теперь вот подсел на крипипасты! Знаете, что это такое?

– Способ приготовления макарон? – пожала плечами Вера. – Вася, ты…ты поворот пропустил…

– Есть куча сайтов, куда люди, простые чуваки, типа нас с вами, скидывают свои страшные истории! – взахлёб продолжал Супермен. – Там, конечно, много всякой фигни, но встречаются и реально криповые вещи! Типа истории про чувака, который открыл на компе смертельный файл, а потом ему повсюду мерещились люди БЕЗ ГЛАЗ! Или без ушей…Я…я забыл…Блин…Вроде бы без глаз…Или всё-таки без ушей…Чёрт, надо перечитать.

– Как интересно, – с фальшивой улыбкой сказала Вера, – Вась, я что-то дорогу не узнаю …мы точно в центр едем?

– У них даже свои локальные мемы есть! Я их всех знаю – Слендермен, Джефф-убийца, Сиреноголовый, и даже курочка, представляете! КУ-РО-ЧКА! ОТ-КРОЙ ДВЕРЬ! – Супермен искренно, заливисто захохотал, обнимая при этом Бориса. – Я, правда, понятия не имею, что это значит.

– Вася, я не понимаю, куда мы едем. – Вера настороженно посмотрела на своего парня. – Ответь мне! Ау!

Василий повернул голову к Вере и посмотрел на неё так, что у девушки одновременно засосало под ложечкой и стало влажно внизу живота.

– Обходную дорогу выбрали? – Супермен удивлённо выглянул в окно. – Кажется, мы выезжаем за пределы города… Везёте меня на свою тусу? Я не против!

– Вася, да скажи ты хоть что-нибудь, блин! – Вера рассержено стукнула его кулаком в плечо, и в этот момент из её телефона раздался сигнал пришедшей «эсэмески».

«Киса, зая, лапа, тысяча пардонов! Пацаны никак не хотят опускать, но я уже выезжаю! Клянусь завещанием своей бабули – через пять минут буду на месте!».

– Если настоящий Вася только выезжает… – Борис, прочитавший «эсэмеску» силой мысли, сделал испуганное лицо, – ТО ХТО ТАДА ЗА РУЛЁМ?!

– Твою ж…мать… – Вера дрожащими руками вцепилась в телефон, медленно поднимая глаза на человека в маске, сидящего за рулём автомобиля.

Кажется, тот не заметил перемены «погоды» в салоне и продолжал смотреть на дорогу, уводящую их всё дальше от города.

– Пос…послушайте… – Вера перегнулась через своё сиденье и зашептала на ухо Супермену. – Как вас зовут?

– Денис, – ответил Супермен, – а вас?

– Вера, но родители хотели назвать Филиппом. – ответила девушка. – Денис, я…я не знаю, как это объяснить…за рулём…за рулём не тот, кто должен был там быть.

– Э-э-э…я не понимаю. – улыбнулся Денис. – Вы должны быть за рулём?

– Нет! Мой парень! Но ЭТОТ человек – не МОЙ парень! – жарко зашептала ему Вера.

– Он…чужой парень? Парень вашей подруги? – сузил глаза Денис. – Он изменяет ей с вами? А причём тут я? Вы хотите устроить тройничок? А как же мужчина с топором? Он любит смотреть?

– ГОСПОДИ, НЕТ! – выкрикнула Вера и обернулась к человеку в маске. – Нет, нет, нет, не говори мне свой ответ…Ещё одна песня, я такая меломанка.

– В армии таких, как ты, в первый же день отправляли чистить картошку! – командирским тоном сказал Борис. – Гнилую, как твой недоразвитый мозг!

– Я думала, что этот человек в маске – мой парень, но мой настоящий парень ещё даже не уехал от своих тупорылых друзей! – с большими от страха глазами зашептала Вера. – И сейчас этот человек везёт нас всех за черту города, где вероятнее всего убьёт, расчленит и рассует по целлофановым пакетам!

– Лучше уж в братскую могилу. – глубокомысленно вставил Борис. – В ней не так одиноко, как в пакете.

– И, кстати, этот мужчина не в костюме, – кивнула Вера на Бориса, – это настоящий тру…человек, прекративший свои жизненные функции. Я вытащила его тело из лифта, когда сбегала с работы, на которой за мной охотился непонятный монстр с тесаком в руках!

– А это – сувенирчик на память, – Борис достал гигантскую волосатую руку и кинул её на колени ошалевшему Денису.

– Офигеть! – Денис с восторгом принялся махать оторванной рукой и делать выпады, выговаривая энергичное «вж-вж-вж». – Это даже круче моего светового меча!

– Алло, «Кащенко»? – Борис поднял тухлую руку к лицу и изобразил телефонную трубку, – мы тут нашли вашего пациента – ему чё-то совсем хреново! Приезжайте быстрее, пока он не начал жрать землю и цитировать Сорокина!

– Слушайте, маньяк в маске, труп в машине, монстр в офисе, оторванные руки – это всё так классно! – Денис лучезарно улыбнулся Вере. – Да вам нужно крипипасты писать! Вы там всех порвёте! Народ будет в штаны мочиться от страха!

– Послушай меня, дитё недоделанное! – огрызнулась на него Вера. – Это тебе не сраная крипипаста и даже не эротический фанфик! Тут всё по-настоящему! И если мы сдохнем – это уже навсегда!

– Подписываюсь под каждым словом, – грустно сказал Борис.

– То есть вы,…вы, что…не шутите? – Денис резко побледнел и выпучил глаза. – И эта рука…она не из резины?

Вера поджала губы и медленно покачала головой.

– Всё равно оставлю себе. – Денис прижал руку к своей груди. – Она такая классная.

– Чё будем делать, народ? Скоро этот козёл где-нибудь затормозит, вытащит вас из машины и чпокнет! Нет, на тебя мне глубоко насрать, – Борис выразительно кивнул на Дениса. – А если грохнут тебя, Верочка, я потеряю любовь всей своей жизни! То есть жизни после смерти! Интересно, она вообще существует? Если что – я атеист с сорокалетним стажем.

– Вы сказали, что водитель – это не ваш парень, – зашептал Денис Вере, – может быть, это кто-то из ваших знакомых? Кто-то, кто уже давно положил на вас глаз…

– И не только! – хохотнул Борис.

– Я не уверена, но…мне нужно подумать… – Вера задумчиво прикусила губу и почувствовала вкус свежей крови. Откуда бы?

Она осторожно обернулась и посмотрела на человека в маске. Высокий статный мужчина средних лет, ухоженные, зализанные назад тёмные волосы…от него исходит приятный запах мужского одеколона…на нём белая рубашка…с красным пятном…ОТ КЕТЧУПА.

– Я знаю, кто это, – решительно сказала Вера. – Осталось только придумать план побега из ма…

В этот момент машина резко затормозила, и всех присутствующих в салоне неслабо тряхнуло. Человек в маске молниеносно обернулся к Вере, схватил её за волосы и выволок из машины, бросив на холодную сырую землю.

– ВЕРА! – Денис выскочил следом, размахивая огромной оторванной рукой как средневековым мечом – ВЕРА, ДЕРЖИТЕСЬ! ОРДЕН ДЖЕДАЕВ С ВАМИ!

– БЕГИ, ИДИОТ! – крикнула девушка, но отважный Супермен уже замахнулся на маньяка в маске, за что и получил быстрый и стремительный укол ножом под ребро. – НЕТ! ДЕНИИИИИС!

– Ой, как больно… – Денис схватился за кровоточащую рану и предпринял попытку тактического отступления, но маньяк в маске опередил его, сделав ловкую подножку, повалил Супермена на землю и сделал один, но точный разрез, распоров его горло от уха до копчика.

– НЕЕЕЕТ! СУУУУКАААА! – Вера в ярости подбежала к машине, вытащила тело Бориса и с характерным чмяканьем вынула топор из его головы. – ИДИ СЮДА, МРАЗЬ!

Человек в маске заметно напрягся, увидев женщину с ведром, простите – с топором, однако отступать было некуда – он вытер окровавленное лезвие ножа о штанину и кинулся в бой.

Вера выждала несколько секунд, размахнулась и со всего маху обрушила топор на голову маньяка в маске, расколов её напополам, как спелый абхазский арбуз (всего два рубля килограмм, сладкие, как я не знаю что).

Тело маньяка грузно повалилось на землю, извергая из шеи фонтанчики густой бордовой крови.

– Горите в аду, Антон Сергеевич! – Вера смачно харкнула на тело бывшего убийцы и отбросила окровавленный топор в сторону.

Спустя минуту прилив адреналина сошёл на нет, и на девушку накатила безумная слабость. На еле плетущихся ногах Вера доползла до машины, возле которой валялось тело Бориса. Здесь же, рядом, она нашла бедолагу Дениса, чей костюм Супермена был испачкан в крови, моче и экскрементах.

– Господи…прости…прости меня, – она попыталась поднять тело Супермена, но весил он ещё больше, чем Борис с топором. – Придётся оставить тебя здесь…

Вера ещё немного походила по округе, пытаясь успокоиться и понять, что ей вообще делать дальше. Выход был только один.

Она затолкала тело Бориса на заднее сиденье, посадив рядом с ним то, что осталось от маньяка в маске и положив ему на колени окровавленный топор. Сама села за руль. Завела машину, выехала на трассу.

На небе начали появляться первые признаки скорого рассвета.

– Скажешь что-нибудь? – Вера скосила сглаза на сидящего сзади Бориса. – Нет? Неужели наконец-то заткнулся?

Мужчина молчал и старательно изображал из себя труп, которым собственно, и являлся.

– Ну и пошёл ты! – Вера втопила педаль газа до максимума и уже вскоре выехала к местной деревенской речушке – небольшой, но достаточно глубокой, чтобы утопить в ней машину.

Она уже вышла наружу и захлопнула за собой дверь, как внезапно в салоне раздался непривычно спокойный голос Бориса.

– Верусик, а тебе самой не интересно, почему ты ни одно тело не догадалась запихнуть в багажник? – в голосе Бориса проступила нотка фирменной ехидности. – Или, погоди,…может быть, он уже кем-то занят?

– О чём ты гово…

– А ты сходи, проверь, – перебил её Борис. – Не бойся, мы не убежим. Я то уж точно.

Вера на полусогнутых ногах подошла к багажнику. Руки почему-то тряслись. На губах – вкус свежей крови. Откуда бы?

Девушка резко открыла дверцу багажника…

Антон Сергеевич. Его окровавленное и местами расчленённое тело уже успело слегка подтухнуть. Обычно такие трупы довольно сильно воняют, если только…в салоне машины не устроить мини-холодильник, ведь при низкой температуре запахи ощущаются намного хуже…

Но…КАК? Это не может быть он! Антон Сергеевич был маньяком в маске, Вера самолично его убила! Но если он здесь, тогда…кто…

Вера бросилась к салону, открыла двери заднего сиденья…

Вася. Безголовое тело принадлежало её парню, она узнала его по многочисленным татуировкам.

Нет…она…она не могла…ведь Вася…он же послал ей «эсэмэску»…

Что здесь вообще происхо…

Голову девушки внезапно пронзила резкая и острая боль, в мыслях с калейдоскопической скоростью начали мелькать сцены и образы.

Она прощается с Антоном Сергеевичем…начальник уходит, но она внезапно его догоняет и бьёт чем-то тяжёлым по голове…Относит тело в зону отдыха…Начинает бить по конечностям молотком…Молотком? Или топориком для мяса? Откуда у неё топорик? Принесла в сумочке? Зачем? Она ведь даже готовить не умеет…Она звонит Васе, делает вид, что ей страшно и просит за ней приехать – голос должен звучать убедительно, она ведь хорошая актриса…

Пытается выволочь тело из офиса, запихнуть его в лифт…Местные охранники, ночная смена. Пришли на звук, когда она отбивала мясо начальника. Их двое, она – одна. Силы неравны. Рядом есть пожарный уголок, там много всего – огнетушитель, багор, ведро с песком…Топор. Она разбивает витрину голыми руками, пальцы в порезах от стекла. Она сосёт раненые пальцы, на губах – вкус свежей крови.

Лифт приходит вовремя. Она заталкивает тело начальника, один из охранников заскакивают следом. Топором его, топором! Headshot! Нужно уходить. Второй пытается её задержать, но она фиксирует ему руку дверьми и рубит её. Пусть знает, как задерживать приличную девушку после работы.

Вася приезжает за ней, как и обещал. Спрашивает, почему на ней эта страшная маска и кто, мать их за ногу, эти два мёртвых мужика! Вера, ты кого-то убила? Нужно сообщить в полицию! Никому ты ни хера не сообщишь, иначе будешь лежать с ним в одном багажнике. Этого – на заднее, топор из башки не вынимать, мне так больше нравится. И только попробуй рыпнуться, я тебе ножом улыбку от уха до копчика нарисую, смекаешь, пупсик?

У Васи истерика, он пытается понять, что случилось с его девушкой и почему она внезапно кардинально поехала крышей. Ничего, перебесится, поймёт и полюбит. А если нет – на заднем сидении ещё полно места.

Парень в костюме Супермена, какой жирный улов – во всех смыслах слова. Надо его подобрать. Теперь – за город, в лес, убить их всех к чёртовой матери, закопать тела, а машину утопить. Никаких улик, никаких свидетелей. Идеальное преступление.

Кажется, они что-то замышляют, Вася и этот жирный Супермен. Хотят сбежать. Я им сбегу! Приехали, пупсики, остановка «Земля-матушка – могила». Приятного пребывания!

Сопротивляются, уроды! Жирный зачем-то взял оторванную руку и думает, что он грёбаный король Артур. Хрен с ним, вскрою горло и пусть захлебнётся в крови. Вася смог раздобыть топор из башки охранника. Он молодой и сильный, но…чёрт…прямо по голове…Идиот, нужно было бить лезвием, а не рукояткой! Кто вас только учил сражаться, мужеподобные слюнтяи…Ах, он не хочет меня убивать! Он меня любит, он поможет мне вылечиться – герой, твою мать, в сияющих штанах…Пора с ним кончать.

Тело жирдяя слишком тяжёлое, сейчас я его не унесу…Вернусь за ним как-нибудь потом…Сейчас – избавиться от этих двоих и от тачки…от тачки…от тачки…от тачки…

Яркая, секундная вспышка – и Вера как будто вынырнула из собственных воспоминаний, лёгкие горели огнём, и девушка широко раскрытым ртом жадно хватала воздух, как речная рыба, выброшенная на берег.

– Ты вспомнила, да? – грустным голосом спросил её Борис. – Нехорошо конечно, получилось – со всеми нами. Нет, Верусик, ты пойми, насчёт женитьбы – я не шутил, я хоть прям щас, в фуражке и лампасах. Ты ж такая классная деваха, Верусик. С головой вот только полный абзац по фазе, но, знаешь, как говорили в одном хорошем фильме: «У всех свои недостатки».

Вера посмотрела на Бориса. На машину. На трупы своих начальника и парня. На речку, по поверхности которой гуляла еле заметная рябь.

– Спасибо тебе, Боря. – Вера улыбнулась мягко и искренне, возможно, впервые в жизни – и поцеловала Бориса в холодный и начинающий гнить лоб. – Спасибо за всё.

– Спасибо на член не намажешь! – озорно ответил Борис. – Я понимаю, что ты не поклонница некрофилии, но знаешь, как говорили у нас в армии – один раз не гене…Эй, ты куда пошла! Стой, Вера! Подожди!

Девушка медленно шла по направлению к воде и встающему из-за горизонта нежно-розовому восходу. Она зачерпнула ногой студёную воду – раз, другой…можно заходить.

Сначала понемножку…По щиколотку…

– Вера, обожди! Вода холодная, письку простудишь – детей не будет!

Теперь по коленки…

– Ну нахера оно тебе надо! Ты ж нормальная девка, отсидишь в тюрьме своё – и живи дальше!

По пояс…по грудь…

– Вера! Вера, я люблю тебя, Вера! Официальное, между прочим, заявление, я такого даже жене не говорил!

По горло...Вдох…

– ВЕРА, СТОЙ, ТВОЮ МАТЬ! ВЕЕЕЕЕРААААА…

Голос Бориса исчез из её головы вместе с другими посторонними звуками. Уши, рот, глаза, ноздри – всё стремительно заполняется вязкой речной водой, блокируя голоса, слёзы, чувство вины и горечь утраты.

Она медленно опускается на дно, туда, где должна была оказаться машина с Борисом и Васей – но пусть лучше Борис живёт. А она – нет.

Никто и никогда не говорил девочке Вере, что на морском дне так прекрасно.

Здесь так красиво…Я перестаю дышать…

Звуки на минимум… чтобы… не… мешать…

Текущий рейтинг: 48/100 (На основе 38 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать