Опять?

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Pipe-128.png
Эта история была написана участником Мракопедии в рамках литературного турнира. Пожалуйста, не забудьте указать источник при использовании.
Triangle.png
Описываемые здесь события не поддаются никакой логике. Будьте готовы увидеть по-настоящему странные вещи.

“Я проснулся, наверное. Я поднялся сначала на одну ногу, потом на другую, вроде бы перевалился, хорош. Уселся, на что уселся? Я сижу на стуле, надо открыть глаза. Нет, не открываются. Надо бы вспомнить что я последнее делал, последнее что я помню, это коридор-аппендикс.

Я по нему шёл, нет шёл с Зелёным, кто Зеленый? Я помню, что у него была корзина в руках, в корзине что-то шевелилось. Обратно к аппендиксу, может я еда? Тогда что там делал Зеленый? В коридоре я лежал, потому что “отдыхал”, значит я работал, значит была пятница, наверняка сегодня суббота — глаза точно можно не открывать.” — так я полусидя пролежал еще наверное с минут пять, — “а деньги то хоть со мной?“ Я постучал по карману, там была котлета, но брюки были в чем-то липком, так что я насторожился. И было бы легко в этот момент открыть глаза и взглядом, отдохнувшего человека с деньгами посмотреть на себя, но я внутренне и ртом усмехнулся и решил, что хочу насладится еще немного утречком выходного дня. Я потянулся, к счастью, не упал со своего лежбища, а был близок. И сделал глубокий вздох, от меня пахло куда лучше чем обычно, были даже нотки духов. И тут я что-то понял.

Если бы я был у себя дома, то я бы смог наверняка дойти до кровати, а еще если бы я привёл даму (а такие духи могут быть только у дам, бабы такими духами не пользуются), то она бы приняла душ: она же дама. Когда я решил во-второй раз вдохнуть полной грудью запаха духов не было, мне пришлось открыть глаза. Я сидел в полутемном помещении без окон и дверей, но с круглым столом посередине, сюда вела одна единственная дверь, которая была только что оставлена приоткрытой. Положение дел оказалось еще осложнено тем, что я не совсем понимал где выключатель, так что пошел в полумраке и в тенях искать выключатель. Оказалось, что потолок был низкий, от чего я ударился несколько раз, надеюсь не до шишки, а сама комната была квадратной со стеклянными шкафами по углам. Когда я таки смог включить свет, то увидел, что во всех них стояли обычные сервизы среднего класса, а сам я был на пол правой стороны измазан какой-то серо-черной краской. Я начал её энергично оттирать здесь же найденной салфеткой.

В это время в комнату зашёл какой-то хмуроватый, тонкий тип. Когда он зашёл я замер, он, заходя, посмотрел на меня и в дружелюбной манере поднял брови:

— О, вас то я и искал.

— Извините, я не хотел ничем вам помешать, просто тут случайно...— я оставил свою брюки и обратился к нему.

— Все в порядке, мы же с вами еще вчера или даже позавчера договорились, меня подруга позвала, когда вас увидела.

— А вот она меня, наверное, и разбудила, — с улыбкой ответил я.

— Не напрягайтесь, присядьте скоро будут и остальные, а пока что, — он говорил с большей добротой в словах. Он отодвинул мне тот самый стул, на котором я проснулся и жестом убедительно пригласил меня сесть, — за чаем схожу.

— Нет, что вы, я тут сейчас как свинья, давайте в другой раз, да и мне, ей Богу, неудобно, что я тут так. — пытался выкрутится я, — а еще я вас не знаю…

— Все в порядке, — он добавил напора в голос, — садитесь, за чаем все обсудите. А за свой внешний вид не серчайте: остальные скорее всего не лучше придут.

Он вышел, при выходе посмотрев на меня из-под тонких, тяжелых век с крупными ресницами. Я дотер свою штанину и сел за стол и попытался понять, где я нахожусь. Судя по достаточно новому, хотя и дешевому, ремонту, местечко было обитаемое и часто используемое, воздух был немного спертый, а окна нельзя было открыть — их просто не было. Еще сюда заходила сначала какая-то девушка, которая не испугалась испачканного пьяного тела и какой-то хмырь, говорящий про какой-то договор, и еще угощает чаем. Могу сделать предположение, что я где-то в хипстерском пабе или дешевом кабаке, а может даже в кафешке такого же характера.

— Смотри, уже отмылся, — произнес женский голос в дверях. Дама в тугой юбке и свитере, накрашенная в темно-синих тонах, с серьгами-обручами в ушах зашла и села правее меня. За ней зашёл какой-то азиат в простой одежде без какой-либо претензии на вкус, он сел между мной и нею.

— Извините, я вас не знаю, — у меня появилась идея вывести их на чистую воду, потому что все это начинало напрягать.

— Вы извините мою подругу, — прервал простак, — она плохо воспитана и ничего не понимает в общении с людьми, — закончил он не глядя на меня.

— А ты же всегда очень хорош и дилектин? — Ответила ему девушка, она посмотрела на меня, — не пугайся так; на самом деле мы тебе всё подробно объясним, — она весело подмигнула.

— Так объясните пожалуйста, — более спокойным тоном сказал я.

— Все будет, все будет. — она начала кокетничать, — раз вы такой хотите узнать нас, так расскажите немного о себе, а то вы к нам приходите, а мы и ничего о вас сказать не можем.

— И что же вы хотите обо мне знать? — Меня раздражало, то что она перепрыгивала с темы на тему.

— Расскажите, как вы решились договорится?

"А в самом деле, я же наверняка договорился, до того, как меня подбило на сон. Черт же, где я был в последний раз”. Я зажмурился, пытаясь вызвать к памяти. В голове всплыла очень расплывчатая картина, как я шёл с двумя людьми по берегу городской подземной цистерны:”уже хоть, что-то, давай-давай тугая башка вспоминай, не мог же я в цистерне договориться. Хотя может меня тогда что-то и ударило в голову”. Я попытался понять когда это было относительно моего первого воспоминания, картинка была очень смутная, настолько, что я не мог даже различить лица со мной идущих. “Но что-то же должно быть, я же не мог уже там измазаться краской” — Как бы я не напрягал ни глаза, ни руки, чтобы они хотя бы вспомнили тактильные ощущения, получалось только осязать тяжелый с холодком воздух, какой всегда стоит над водой, не тёкшей минимум год. “Черт побери, и солнца нигде нет, время хоть как-нибудь понять бы”, — я уже начинал сомневаться в реальности этого:”может это мне привиделось, я там белку поймал и оттого кажется все это”. Я уже готов был принять такой вариант, но в памяти те двое что-то говорили, я не мог этого разобрать, то ли от моего тогдашнего состояния, то ли от того, что я не мог воссоздать речь в горячке, но как бы я не пропускал через себя каждый звук того что они говорили(они были очень немногословны) — ничего не было понятно. Но тут меня осенило:”я же никогда даже не слышал такого зычного и в тоже время детского голоса — как бы я мог его тогда воспроизвести” — в комнатушке открылась дверь и наверное кто-то вошел, я не обратил внимание:”И я к тому же мог идти: значит это было до того, как я валялся в коридоре”. Я улыбнулся, Боже, как хорошо отыскать хоть крупицу своей памяти, на меня свалилась волна расслабленности. Её конечно же тут же сменил ряд вопросов:”а как я туда попал? А где тогда я заключил тот самый договор? Как я попал в коридорчик из цистерны? Кто те два человека?” — на последний вопрос я смог дать ответ:”с теми с кем я заключил договор: один был крепкий большой парень, который говорил больше, второй был очень худой и почти не говорил...”:

— Начнем же, наконец мы все смогли собраться, — напротив меня говорил какой-то мужчина достаточно громко для того, чтобы эхо вторило ему.

Я через силу открыл глаза, все было замылено. Проморгавшись, я увидел: четверо смотрели на меня: кроме изначальных двух еще прибавился мужчина в плаще настолько старом, что было несколько мест, где он стал пропускать свет, но все еще не рвавшийся (он и огласил начало собрания), и какой-то обозленный насупившийся здоровяк.

— Отлично, раз все точно в сборе давайте откроем нашу конвенцию, — продолжил мужик в плаще. — Как вы все знаете, если бы не наш гость, всего этого бы не было. — он осмотрел всех присутствующих, — думаю стоит всем представится. Начните, пожалуйста. — в конце он обратился ко мне.

“Надо представится” — звучало очень легко, и я набравшись воздуху в легкие хотел сказать как меня зовут и наконец-то выяснить, что здесь происходит, но тут у меня образовалось затруднение. “А как же меня зовут? Черт бы их побрал, они все на меня смотрят. Как это я не могу вспомнить, как меня зовут. Что же это я так решительно начал, да как же меня зовут” — у меня встал ком в горле, надо было отвечать сейчас:”Блять, да как же меня зовут, не могу же я жить без имени. Что я тогда за человек. Давай, пластилиновая башка, вспоминай”. На меня смотрели спокойно, даже с пониманием, но все равно не без удивления:

— Извини, у тебя все хорошо, — спросил тот парень, который заходил с девушкой.

— Д..Да. — еле выдавил я. “Черт, может я Марк? Нет, какой из меня Марк. Тогда может Иван? Нет, во мне ничего от Иванов. АААААА, надо хоть как-то назваться”. Тут у меня в голове вдруг выстрелила уже третья картинка, она была вся как-будто снята на камеру с очень сложно настраиваемым фокусом: я помню тех же двух людей с которыми я был в прошлый раз, они были одеты по домашнему, оба сидели на каких-то подстилках, но как только я перемещал свой взгляд на что-то другое(будь то те же подстилки, или свет, который оказывался всегда льющимся из окна), то они сразу же теряли очертания и расплывались в грязном размытии моей памяти. Я начал исследовать это: ”стена только одна, в ней дверь. Где-то, где нет этой стены, где она уже кончалась, начиналась другая стена(так же подгнившая), на ней был ковер. Нет, это был не ковер, это была картина посреди мрака, на картине есть персонажи...”:

— Вам точно хорошо? — заботливо спросила девушка, — вы даже лбом начали мокреть.

— Да-да, всё в порядке, — ответ был очень нервным:”Черт побери, мне же надо представится, а я так сижу уже наверное с минуту целую, как же себя назвать. А если они спросят специализацию или профессию? Что же делать. Черт со всем этим, была-небыла” , — меня звать Алексей Иванович, — я оглядел всех, судя по-всему я до этого не представлялся, так что они и не знали моего имени. “Отлично, теперь я Лёха, видел вещи и похуже”.

— Спасибо, Алексей. — по доброму, без улыбки, но очень властно произнес тот здоровый парень, — меня зовут, — он встал из-за стола, образовалась полу театральная, полу естественная пауза, — Маленький принц.

“Ладно, лучше уже быть самым ивановским Лёхой, только бы не “Маленьким” принцем” — попытки сдерживать смех увенчались успехом, но та девушка миловидно улыбнулась и хихикнула. Принц сел и обратил свои очи на меня, была чувство будто он пытается мне что-то сказать, я попялилися на него в ответ какое-то время. Пока мы этим занимались люди продолжали представляться:

— Ежик в тумане, — опять с эхом произнес мужик. Я опять пытался не заржать, это получалось все сложнее и сложнее. Я отвел взгляд от Принца и продолжил изучать ту комнатушку, которая мне вспомнилась, потому что пока что все это собрание выглядело, как сборище каких-то задротов в подсобном баре. В попытках вспомнить, что я уже имел, я нашел: двух людей в домашней одежде, которые что-то говорили, две стенки, свет откуда-то сбоку сверху и дверь. Все это было старым до непригодности. В конце второй стены начиналась косая крыша, с этой же стороны и падал свет.

— Элеонора, — произнесла девушка. “Очень занимательно” — я ей мысленно ответил. Крыша была черепичная, а балки из дерева, которое когда-то(наверное еще при строительстве дома) были лакированы и отдавали запахом сырой древесины. “Стоп, так это же должна быть какая-то мансарда. Разве нет?. Точно здесь еще какие-то два бедняка, а чердаки всегда дешевые на сдачу и вообще под обещание отреставрировать их могут отдать.”

Русалочка, — закончил парень справа от меня, продолжая так же смотреть в стену, как и в начале встречи. “Да-да, черт надо бы отсюда свалить, а то еще приколятся чем-нибудь, а мне потом разбираться. Да и сомнительно все это.”

— Теперь, когда вы всех знаете, — Принц оторвал свой взгляд от моих зрачков и обратился ко мне, посматривая на всех остальных, — мы можем начать разговор, как вы знаете он касается именно вас, Алексей.

“Да какой из меня Алексей. В этой компании это имя выглядит нелепо, хотя ваши не хуже,объективно говоря. Стоп, как это все может быть связано со мной. Что-то дурно мне становится.”:

— Подождите, что вы хотите сказать? Я в чем-то замешан?!

— От того, что будет сейчас, зависит вы пойдете дальше как шли раньше, или останитесь с нами.

— Простите, но это же немного комично: вы, непонятно кто, какие-то Принцы и Русалки, находите в каком-то подвале пьяницу после попойки. И говорите ему, что сейчас что-то решается?

— О, да сейчас многое решается, — с усмешкой заметил Ежик в тумане.

— Вы даже себе представить не можете, — добавила Элеонора.

— Мы точно знаем вас лучше, чем вы сами, — отстраненность не спадала с Русалки, — сами посудите, мы спокойны: мы владеем некой информацией о вас, по-другому говоря, мы владеем ситуацией; вы, в свою очередь ничего не понимаете, оттого и нервничаете. Поверьте сотрудничество вам принесет только пользу.

— Нет, я ничего не понимаю. — я проглотил слюну, — я сейчас явно не в лучшем настроении духа, давайте договоримся позже.

— Нет, решим все здесь и сейчас, — Ежик в тумане выглядел недовольным, — иначе это затянется на вечность.

— Правда, я вас не знаю, вы меня тоже…

— Я же уже сказал, — меня прервал Русалка, — мы тебя как раз знаем.

— Простите, — я встал из-за стола, — но я не готов сейчас вести конструктивную беседу, а с тем как вы пространно говорите, это вообще не имеет смысла.

— Алексей, успокойтесь, — Принц опять смотрел мне в глаза, — хорошо, давайте передоговоримся. Только прошу вас: сядьте, не создавайте напряжение.

Мне было немного досадно, от того что такие сумасброды с чего-то вдруг оказались такими дипломатичными. “Черт бы их побрал, может договорюсь на следующий месяц, а потом скажу что график еще больше уплотнился. Думаю может сработать” — к счастью, я быстро нашел решение, как от них отделаться навсегда.

— Да, думаю, мне хватит сил хотя бы встречу назначить, — я обратно сел.

— Отлично, скажите, пожалуйста, ближайшее время, когда вы свободны.

— Дайте подумать, — я сделал вид, что я начал думаю. “Забавно, только что я меня раздражало, что мне не дают сосредоточится, а уже я изображаю концентрированность”, — сразу же скажу: у меня плотный график. На этой неделе точно нет, на следующей тоже, — решил что стоит опять прикинутся, — наверное вообще в этом месяце только в конце смогу.

— Хорошо, мы не против? — спросил маленький принц.

— Иначе и быть не смогло бы, — ответил Ежик.

Остальные просто кивнули. Меня опять удивило, как они легко соглашаются.

— Отлично, тогда через 4 недели, здесь же. Вас устраивает?

— Да-да, отлично.

— Перед тем как вы ушли. Я понимаю в каком вы положении, да и какое мы на вас делаем впечатление, поэтому уделите мне и моему другу полчаса.

— Простите, но я на самом деле хочу уже вернутся домой, — смысла с ними еще проводить времени не было.

— Мы вам попытаемся объяснить вкратце что здесь и почему.

Это уже звучало немного привлекательнее. “Вообще, они хоть и выглядят, как кучка задротов, но они же решили вдруг то ли шутку сыграть с каким-то пьяницей, то ли им очень скучно, а, насколько я знаю, они обычно замкнутые в своих кругах, а здесь мне какой-то бред заливают.” — Принц на самом деле меня заинтересовал:” Да и если они просто решили сыграть шутку — то тогда же надо было выдумать такие имена и не ржать все это время. Нет, я не понимаю еще, кто они такие.“

— Да, хорошо. — немногословно закончил я мысль словами вслух.

— Тогда собираемся, — как только Ежик это сказал, все встали и начали собиратся.

— А почему не здесь? — я не понимал, почему нельзя было говорить здесь.

— Здесь можно только договариватся по делу, — Элеонора мне ответила, — да и тебе явно проветрится надо.

— В самом деле.

Все собрались, мне нечего было одевать, только лишний раз осмотрел свои штаны. Мы вышли через ту единственную дверь, там мы вышли в какой-то полуподземный зал с кучей высоких стульев и маленькой барной стойкой, кроме этого там было две никак не обозначенные двери и тяжелая с мутными стеклянными вставками дверь. За стойкой сидел тот парень, которого я увидел после того, как проснулся. К нему подошли Элеонора и Маленький принц:

— Хаято, идем, — Элеанора его обняла и сказал это.

— Я как раз уже собрался, — он одним глотком допил чай, застегнул желтую ветровку на себе и мы вшестером двинулись. За дверью была крошечная лесенка на 9 ступенек под карнизом, на улице было то ли утро, то ли вечер: все небо было затянуто бугристыми, но плотными облаками, так что свет падал очень рассеянно и даже нельзя было понять примерно где солнце. Из-за всего этого была немного сыро и холодно. Это заведение, я его так называю, потому что на нем не было ни вывески, ни какого либо знака о существовании его здесь, выходило на площадь — это был самый самый центр города. Здесь и сейчас ходило куча народа: кто-то, говоря по телефону, было несколько групп молодых людей, которые громко общались, а в одной из них кто-то играл на гитаре(достаточно паршиво, на мой взгляд). Сама по себе площадь было нечто: она была здоровенная, чтобы перейти через всю нее, нужно было потратить не меньше десяти минут, а учитывая её неправильную форму(полукруг, который со всех сторон усекали дороги) и небольшой парк в центре, то это было прекрасное место чтобы оставаться, а не для того чтобы идти. Здания вокруг площади были самые разные: с плоской стороны импровизированного полукруга стояла мэрия(честно говоря, я никогда не видел свет в тех окнах), дальше шли несколько громадных домов, один из которых был отдан под торговый центр, дальше шел проспект, как бы увеличивающий площадь. За проспектом вдруг начиналась малоэтажная историческая застройка, наверное в ней что-то было, единственное что я знал про те дома — что их никто не сдает и не арендует, а место было чрезвычайно удачное. От последней трети полукруга начиналась кафельно-плиточная стена с окнами, наверняка это был обычный проект для застройки всякими канцеляриями и производствами, но контраст всего этого нежилого просто поражал — я не любил это место.

Принц и Хаято попрощались со всеми остальными и подошли ко мне:

— Ну в путь, — начал Хаято.

— Идемте, а куда мы? — мне хотелось как можно быстрее закончить с этим.

— На мое место, все увидите, — он посмотрел на меня прищурив глаза, — все будет быстро. — Произошла маленькая пауза и мы двинулись в сторону мэрии, — я кажется не представился?

— Да, я тоже вроде, Алексей Иванович, очень приятно.

— Мне тоже очень приятно. Хаято Миядзаки, — это имя мне что-то напомнило, но я не придал этому ни капли значения.

Когда мы уже пошли, мне вспомнилось, как я с теми двумя, с которыми был в мансарде, шёл к цистерне. Мне уже тогда было не очень хорошо, но я еще мог двигать ногами. По воспоминаниям, мы шли по какой-то улице вниз, дома виделись темными, даже мрачными; как бы я не пытался понять где мы шли, в голове только всплывала картинка того как мы двигались по улице. “Надо понять что я уже имею: я с какими-то чертями оказался на чердаке, там мне уже стало плохо, потом мы двинулись оттуда (значит я сказал, что мне плохо и решил уйти, или типо того), мы почему-то решили спустится в цистерну (или мы как раз шли туда все это время), там мне стало уже однозначно хуже, так что я только контуры мог еле-еле отличать, потом мы вышли.” — я до сих пор не видел связи между нашей подземной прогулкой и тем, как я оказался лежащим в коридоре, а тем более не понимал как я потом оказался в том подвале. Мне пришла в голову мысль, что стоит все таки немного отдохнуть от такой внутренней работы, я оглянулся через левое плечо, чтобы увидеть где были Ежик, Элеонора и Русалка. Сзади их не было, правда мне показалось, что там стоял или лучше сказать парил какой-то человекоподобный спрут, я тут же проморгался: там было просто какое-то мокрое пятно. Не смотря на погоду, парк все равно был достаточно хорош, а в такие прохладные деньки он совсем хорошо и свежо выглядит по сравнению с давно неокрашенными и нечищенными зданиями. Я там заметил Русалку, он был в каком-то оранжеватом хитоне и просто сидел под деревом, решил опять проморгаться, там была какая-то стойка с объявлениями. “Бредни еще всякие видятся, надо будет хотя бы умыться, а то я совсем как свинья сейчас” — мы как раз подходили к улице , которая разделяла мэрию и один из тех плоских, глухих домов. Мы были как раз напротив ТЦ, большую его часть закрывали деревья, но все равно было видно одно крыло здания. В фасаде находилось первое или второе отделения банка, туда постоянно заходили люди и выходили оттуда, и тут меня сконфузило: ”Если сейчас суббота, то почему открыт банк?“:

— Хаято, — он повернулся ко мне. — а почему работает банк напротив?

— Так понедельник же, — мы повернули на улицу и пошли вниз.

Я оставил его без дополнительных комментариев: “Бредни какие-то, как сейчас может быть понедельник, у меня, к счастью, вроде бы ничего не было ни на понедельник, да и на вторник вроде бы тоже. Я что провалялся в отключке два дня?! Или я так долго был на том чердаке, — я помедлил немного и вместе с тем остановился. Прождал где-то секунд пять и обратно пришел в себя, продолжив шаг, — надо будет поподробнее расспросить этих двоих, что произошло. Они, Они-то должны что-то знать.” Принц на меня оглянулся и сказал, что осталось недолго, мы повернули на следующем перекрестке. у меня в голове опять была вспышка: ”Мы вышли из цистерны, прошли совсем немного(на глаз метров 10, но по ощущениям мы шли наверное час), там была двухполосная дорога с небольшим наклоном. Здоровяк что-то брякнул, тощий с ним согласился и взял меня под руку. Мы шустро перебежали через дорогу, крепыша уже не было на той стороне.“ Мы остановились возле парадной в какой-то узкий дом с высоченной крышей, Хаято посмотрел на меня и потрепал по плечу. Принц хотел было наверное сделать тоже самое, но убрал руку, как только я поднял голову, и начал искать подходящий ключ на огромной связке ключей. “Там я уже мало помню, разве что там был какой-то узенький проход между двумя домами, мы туда смогли протиснутся, за проходом был маленький дворик, обильно поросший всякой зеленью. Потом мы спустились по маленькой лесенке в какой-то подвал, на предпоследней ступеньке мой спутник меня подхватил и занес.” Я выдохнул и мы вошли в дом, перед нами была широкая старая лестница, на каждом пролете было по двери с номерком. Пока мы поднимались, я услышал какие-то звуки на втором и на третьем этаже, а на четвертом кто-то очень бегло играл на пианино какой-то джаз. После пятого этажа лестница уходила в потолок. “И что же было после той крохотной лестницы, которую я помню, — я напряг все извилины, сморщился, зажмурил глаза, — так здесь же свет, а потом, а потом я упал? Я упал с Зелёного? Вот он тот коридорчик.” — мы поднялись на чердак.

Это было достаточно просторное помещение, но им пользовались как складом. С другой стороны от лестницы была дверь, она была без номера, без зрачка; я не пошел бы туда если бы не Принц, я бы принял это за еще одно место для хранения всякого рода барахла. В комнате напротив двери вместо стены была высокая крыша, в которой было маленькое окошко,его даже стоило бы назвать форточкой. Слева от входа был стеклянный шкаф, точно такой же как и один из тех, что были в подвале, но в нём был не сервис, а несколько бутылок какого-то очень темного рома и несколько керамических кубков. На противоположной стене висел гобелен, когда я обратил на него внимание, Хаято сказал: ”Он здесь был, когда Принц это место возымел, так что считай, что антиквариат“. Меня сильно напрягало, что все это было страшно похоже, на то, что я выковырял из памяти, но в отличии от того, здесь стены все таки были покрашены (хоть и очень давно, так что по ним шли черные прожилки в углах), а на полу кроме подстилок еще был ковер, на котором они и были, и маленький импровизированный японский столик. “Бывают же совпадения, хотя здесь однозначно лучше. — мне здесь нравилось куда больше чем в подвале, — Здесь еще и тепло, топят наверное снизу.” Хаято уселся по-турецки, Принц пригласил меня сесть напротив него, а сам пошел к шкафу:

— Давайте начнем с ваших вопрос, — Хаято с улыбкой открыл беседу.

— Первый вопрос, кто вы такие? — вопрос напросился, и я не мог его не задать.

— В нынешний момент, те кто хотят вам помочь, — он увернулся.

— А род деятельности какой: здравоохранение, Айти технологии, может психология. — они оба переглянулись, Хаято усмехнулся — Маленький принц выдавил смешок.

— В данный момент времени, да и на самом деле уже давно, мы благодействуем. — воцарилось молчание. Принц поставил кубки на стол и открыл бутылку, на ней была этикетка “Squid’s black”. Он наливал смолисто-черный напиток в кубки, я смотрел в глаза Хаято, не говоря ни слова, Хаято взял первый наполнившийся кубок и отсербнул.

— Хороший все таки у Ёжа вкус, — он причмокнул и выдохнул.

— То есть, благодействием? — я взял второй кубок, но не сделал глотка, — спасибо за выпивку.

— Наслаждайтесь, ну как понимаете — так и есть.

— То есть вы шарлатаны? — Хаято посмеялся, как смеются люди слышавшие одну и ту же шутку уже не одну сотню раз.

— Нет, иначе бы мы хотели с вас денег.

— То есть вы не хотите от меня денег? — я был искренне поражен, я полез в карман, все та же скрученная пачка денег лежала там.

— Да, мы хотим вам помочь, — он обратился к принцу, который сел рядом с ним, — сколько раз я ему сказал уже четыре или пять?

— Это был третий, — Принц отпил рома. Я тоже решил сделать глоток, чтобы не выглядеть невежливо. Ром был липкий, но достаточно сладкий, а после прогулки по морозной улице — самое то. “А что если там яд и меня хотят убить”, — я был быстрее мысли. Как только оно дошло до желудка, меня ухватил пьяный дурман или туман, уже сложновато понять что конкретно. “Опять, а я же только хотел поговорить”, — я незаметно для себя сделал еще один глоток, но он эффекта не имел.

— Вы знаете как в селах называется ваше выражение лица сейчас, — шутливо спросил Хаято.

— И как же, — с таким серьезным лицом я ему сказал

— У вас лицо раков печёт.

— И что же это означает?

— У вас сейчас оно такое красное, такое чувство, что от него сейчас пар пойдет, — я посмотрел на него наверное не понимающими глазами, он решил, что я прошу мне помочь, — вам воды?

— Нет, не надо, — я опять помедлил, — я не совсем уверен, что могу нормально говорить сейчас, дайте мне выдохнуть не много.

— Хорошо, мне все равно надо с моим другом кое-что обсудить.

Я отодвинулся на своей подстилке к стенке напротив, которой был гобелен. “На самом деле это комната очень сильно похожа на ту пятничную, я же там был в пятницу? Хаято сказал, что сейчас понедельник, но этого же быть не может.” — я еще немного попялился на гобелен, на нем было изображено какое-то собрание людей под холмом, на котором стоял человек и что-то вещал. “Интересно о чем говорили те двои, когда я был в той комнате”, — напрягать голову, чтобы она вычленяла из мычания и цоканья слова, было очень сложно, пока я это делал на меня, вроде бы, несколько раз поглядывал Принц. Как бы я сознательно не пытался придать тем звукам форму и смысл, они оставались всего-то фоновым сопровождением к моему присутствию в комнате. Со временем, я бросил это занятие. Двое возле столиков вели беседу:

— Ты говоришь, что у него не получится и в следующий раз? — Хаято с энтузиазмом о чём-то спорил.

— Да, у него не получится, — Принц спокойно отвечал ему, — но может через раз или даже через два до него дойдет.

Я не понимал про что они говорят, тогда захотел было обратно вернутся к своему прежнему занятию, но как только я решился, то сразу же слоги сами встали на свои места:” Отчего бы вдруг так случилось“, — ром отозвался теплом в брюхе: “А, вот что ты”. В памяти их разговор начался с того, что тощий сказал, что-то про то, что я с ними уже достаточно давно. Парень побольше ответил, что это не важно, главное, что мы сможем договорится когда-нибудь. “Договорится насчет чего?” — я как бы спрашивал у него, в ответ оба персонажа повернулись в мою сторону. Я оглянулся, Маленький Принц и Хаято смотрели на меня, как смотрят родители на детей перед тем, как сказать им что-то обязательное и важное, но все равно немного неприятное. “Что такое”, — спросил крепкий в моей памяти:”ничего”, — тогда я ему ответил.

— Вы в порядке? — поинтересовался Маленкьий принц.

— Всё в пор… — я задержался: “Что? Во мне что пророческий дар появился? Нет, надо не так как это было тогда”, — не совсем, я немного полежу и мне станет лучше.

— Отдыхайте. — “отдыхайте.” — как-то одновременно сказал худой парень в моей памяти и Хаято.

“Нет, это уже невозможно, если бы я помнил на самом деле, что тогда происходило, то не подменял бы на то, что слышу прямо сейчас. Не буду пока что там ковырятся, смысла нет.” — вывод пришел очень быстро, как будто попробовав чуть-чуть своей памяти, я с уверенностью могу сказать, что это выдумка. “Да и ктому же, я бы мог вспомнить еще тогда в подвале.”, — я побыл немного в ступоре оттого, что голове было нечего делать, появилась пьяная шабашная мысль, может сейчас выбежать и бросить все, но какой-то частью рационального сознания я это откинул: “Подремаю лучше”. И я уснул, меня не вырубило: я просто плавно погрузился в теплый сон.

Меня разбудил Хаято:

— Эй, еще посмей тут помереть, — он держал меня за плечи и почти срывался на крик.

— А, что? — я проснулся. Точно проснулся.

— Слава Богу, ты встать можешь? — Маленький принц был в шаге от нас.

— Я… — я вдруг почувствовал, как мне сложно формулировать мысли, я сделал глубокий вдох и понял, что у меня был жар.

— Давай, помоги его поднять, — Хаято обратился к Принцу.

— Не надо. я встану, — я сделал первую неудачную попытку встать, брякнувшись на колено, на второй попытке, я встал сразу сделал шаг и упал примерно так же. Во-второй раз меня подхватил Хаято, так что хорошо трусанул головой. Мне помогли встать:

— Так, давай его в больничку или к Эле, — Хаято было немного тяжеловато меня держать, поэтому он говорил, делая усилие. Принц в ответ медленно кивнул и подхватил меня за другое плечо.

Мы вместе вышли боком и начали спускаться по лестнице, Боже, это был самый мой долгий спуск за всю мою жизнь. По-моему каждый пролёт длился не менее пяти минут. Между первым и вторым, я смог начать двигать ногами, на первом этаже меня поставили и попросили сделать шаг. Я сделал, меня попросили пройтись до наружной двери, я это сделал, но прилёг на нее. “Так не годится”, — Хаято меня подхватил и мы вышли.

На улице мне стало немного лучше, мы быстро, или мне так казалось, пошли вниз по улице. Через тройку-двойку кварталов мы повернули направо и пошли еще ниже. “Кажется я припоминаю, я был в подвале, там была относительно чисто. Там были кто-то еще”, — Мысли были во мне как рой пчёл — всё гудело, а так-то куча всякой мелочи типа: “Странные имена у всех были”, “Четыре шкафа, зачем целых четыре?”, “штанина в краске, где я испачкался?” или “что за одежду носит этот тип справа?”.

Мы вошли в какой-то парк, не такой как на площади, нет это был скорее лес. Шли мы по крошечной тропинке: Принц спереди, Хаято сзади и я посередине. “Наверное чтобы если я упал, то меня могли поймать”, мои мысли вдруг, как хорошо натренированные летчики на военных парадах, взяли все в долю секунды замолчали и устремились к одному слову: “поймать”. “Поймать. Поймать! Поймать?! Поймать. Поймать. Поймать?”. Мы уже давно не слышали шум машин с улицы, а все продолжали углубляться в парк. Мы уже шли явно по склону холма, как вдруг слева от нас оказалась небольшая плоскость, возле которой была какая-то пещера.

— Нам туда, — сказал Принц и мы развернулись.

— Мы точно в госпиталь двигаемся? — я невнятно говорил, я в этом уверен.

— Тсс, потом мне поговоришь, — зашипел на меня Хаято.

В пещере были встроены гранитные ступени, такой же текстуры как поверхность мяча для гольфа. Меня взяли за две руки и мы начали спускаться. “у них обоих теплые руки. Но они так сильно сжимают, хотя все равно тепло” — я и мысли уже давно разъехались. Если после того, как я проснулся, мы спускались очень долго, то здесь я наоборот даже не ощутил момента когда мы были посередине, мы как-будто перенеслись вниз. Внизу был огромный бассейн, свод поддерживали не менее громадные арки и колонны. “Поспешим”, — Хаято был очень немногословен. Мы шли по краю бассейна, который освещался налобным фонариком Принца, шедшего сзади. “О чем же я говорил с теми из подвала”, — этот вопрос мне казался незначительным, потому то был уже тысячу раз отвечен. “У них у всех очень деловые лица”, — я обернулся на принца, его лица не было видно, но было понятно, что он опустил брови.

— Лучше смотри не споткнись

— Правда.

“Может, то были мои друзья-собутыльники на день?”, — звучало правдоподобно:” Тогда как я с ними познакомился”. В голове предстала тысяча картинок, как я находил спутников-однодневок: “Нет, те были неожиданны”. В голове наступил мрак: мыслей не было, даже самых маленьких, как будто все они нашли дело поинтереснее. Я решил им показать, в чье голове раки зимуют: и начал двигаться быстрее:

— Тю, тю, тю, — меня остановил Хаято, — здесь рядом ручеек.

— И что? переступлю.

— Нет, не переступишь, — зычно отозвался Принц сзади, — идите.

— Чего вы все такие злые? — Принц посмотрел на меня, я убрал глаза, потому что фонарик слепил глаза.

Мы прошли в тишине еще пять минут, вдруг я услышал журчание ручейка. Еще около полусотни шагов и я его расслышал, это был не ручеек, это была маленькая подземная речушка:

— Теперь понимаешь, почему не переступишь? — ответ не заставил себя ждать.

— Да, понимаю, а как нам, — говорить было сложно, — туда?

— Я тебя перенесу, — звучало резонно, он такой здоровяк,казалось что ему река по колено.

Он взял меня на плечи и мы пошли. Вода была темная: “Это от глины какой-то наверное”.

— А Хаято как же? — я спросил, когда он подходил к той стороне.

— Он справится.

Мы вышли, я слез с него отблагодарил и мы стали ждать. Долго не пришлось, Хаято подплыл на самодельном плоту и мы двинулись. Уже через две минуты мы подходили к такой же гранитной лестнице, как и та по которой мы спускались. Меня опять взяли под руки и начали подниматься.

Воздух, почему-то, сменялся не постепенно с затхлого подземного на свежий уличный, а порывом почти перед самым концом. Мне от него стало дурно: жар пропал, но напала тошнота и залихорадило. Когда мы вышли я еле стоял на ногах.

Выход был где-то в лесу, но слышен был шум машин, мы вышли к дороге, это оказался двухполосный спуск. Принц окликнул Хаято:

— Ты же знаешь, что дальше сам, — я их слышал одним ушком, меня почему-то притягивала к себе щель между домами напротив, стена и угол одного из них были покрашены.

— Да, давай, до встречи, — Хаято кричал, из-за того, что сорвался ветер.

Он взял меня под руку и мы выбежали на дорогу, пока на ней было не так много машин, я сам потянулся к месту между домами:

— Какой ты, уже помнишь, — он усмехнулся. Я обернулся через левое плечо и увидел за Хаято Тень, которая излучала свет, как от вспышки на месте, где был Маленький принц. Я моргнул, и оно исчезло.

— Давай пролазь.

Я полез, кажется задел краски немного, но меня это не волновало. Пролазочек был узкий, так что нам обоим пришлось идти боком. Тут мне вдруг почему-то вспомнилась наша центральная площадь, но это тут же исчезло из моего сознания. Между двух каменных стен был тесно, но не ветрено, что было бы хорошо, если бы не то как меня тошнило:

— Слушай ты, запомни, — Хаято говорил не громко, но его было слышно почти, как будто он стоял над ухом, — ты Сердюк.

— А?

— Среди нас ты Сердюк.

— А? — Я не мог выдать больше.

В конце перелазка был крошечный обильно поросший дворик с кучей лесенок на вторые, третьи этажи и одна вела под землю.

— Нам туда, — он показал на лесенку, которая вела вниз и была под простенькой крышей.

Он пошел первый, я за ним. На предпоследней ступеньке я споткнулся, меня поймали, но встать я так и не смог:

— Ну, Сердючище. Опять!

Он меня взял на плечо и открыл дверь. Там был коридор на два шага с дверью в конце. “Колокол”, — у меня в голове как-будто ударил колокол. Я свалился и все стало ясно, ясно как два пальца об стол. Но я не понимал, что стало ясно. Хаято вышел через наружную дверь, “Что же это такое” — мыслей не было, был только пол перед глазами. Дверь открылась, я повернул голову налево, там был тот же Хаято, но его кожа была синяя, отдавая в свете лампы зелёным, в одной из пар рук он держал корзину салфеток. Глаза закрылись сами.

Хаято меня потащил, он протащил меня через дверь, провел по какому-то залу, я там стукнулся головой об стойку, он открыл дверь, как-то меня затащил на стул и сказал:” Да… Уже третий”, и он вышел. Меня вырубило.


“Кажется, я проснулся….”


Текущий рейтинг: 9/100 (На основе 11 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать