(в том числе анонимно криптовалютой) -- адм. toriningen
Череп питекантропа

- Чисти!
- Покажите мне как, Сергей Владимирович! – бормотал растерянный Маслаков, вертя в руке кость.
Студент беспомощно рассматривал берцовую кость, покрытую налетом сырой земли. В другой руке он держал ржавую вилку. Маслаков никак не мог понять, как работать этим примитивным инструментом. Финансирование археологических раскопок прекратилось. Щеток на всех не хватало и приходилось пользоваться подручными средствами.
Сергей Владимирович Епифаненко, научный руководитель, угрюмо наблюдал за студентом через треснувшее стекло очков. Маслаков медленно и неуклюже царапал вилкой по кости животного. «Как будто хрен теребит» - со злостью подумал Епифаненко.
- Чисти, чисти. Вот как нужно чистить, вот, быстро. Раз-раз, чисти-чисти-чисти. – Епифаненко выхватил вилку и энергично заскоблил. Маслаков безучастно наблюдал за процессом.
- У вас получается классно – скептически хмыкнул Маслаков.
- Давай, работай. – Профессор сунул ему вилку. Студент с видом одолжения стал нехотя водить железкой. Епифаненко вышел из себя.
- Пошел тогда отсюда! Ничего не знаешь, ничего не можешь… - закричал профессор. - Че ты вообще в археологии делаешь?
Маслаков отряхнулся и вылез из ямы. С видом оскорбленного человека он зашагал к палаткам. Сергей Владимирович провожал его сердитым взглядом.
«Ничего не понимаю. – мрачно подумал Епифаненко. – И это специалисты? Дерьмо какое-то. Наука им дала подручные инструменты – работай, двигай науку! А они – не хочу, хочу бездельничать. Это археология? Козлы, блин, гребанные…»
Сергей Владимирович вылез из ямы и сел на складной стул. Он обвел взглядом раскопки.
Светило жаркое солнце. Со стороны леса доносился стук дятла. Над ямами висела пыль. На земле аккуратно лежали пронумерованные находки. В основном это были части скелетов животных, осколки керамики, разные железки и прочий хлам.
Желтые, потрескавшиеся кости смотрелись угнетающе. Черепа, ребра, позвонки и челюсти мерцали белыми пятнами на разрыхленном грунте. То, что когда-то было живым и бегало по зеленой траве в лучах солнца – лежало грудой бесполезных костей в сырой земле. Ценности для научной деятельности это не представляло. Профессор мрачно смотрел на останки животных. Эти высохшие, грязные и желтые скелеты чем-то напоминали его жизнь. Такую же никому не нужную и не представляющую ценности. Поползли мысли о загробном, навалилась депрессия.
Епифаненко вытащил из заднего кармана флягу с коньяком. Отвернул крышку, глотнул. Спиртное обожгло горло.
«Пропили археологию, гады. – Епифаненко отхлебнул еще. – Все продали и разворовали».
Профессор взял ржавую вилку и кинул ее в наглую ворону. Ворона насмешливо закаркала и захлопала крыльями.
Вдалеке показался человек. Он неуклюже ковылял и приближался к раскопкам. В одной руке у него был топор, в другой козлиный череп. Профессор узнал Архипа.
«Опять пришел, сволочь. Алкаш чертов. Сейчас деньги будет клянчить. Как же вы все достали…» - подумал Епифаненко.
Архип был типичным сельским забулдыгой. У него были длинные сальные волосы, остекленевшие глаза и одутловатое красное лицо, покрытое наростами. На спине был горб, а здоровенные ручищи свисали ниже колен. Кривые зубы вразнобой торчали из перекошенного рта. Он был мощного телосложения и весом за центнер. Горбун напоминал какого-то радиоактивного монстра из второсортного фильма ужасов.
Архип подошел к Сергею Владимировичу. Лицо горбуна исказилось гримасой, по видимому изображавшую улыбку. Епифаненко заметил на его одежде кровавые пятна. Кровь была и на топоре. «Может, человека убил? - подумал Епифаненко. – Такому мутанту – раз плюнуть…»
- Ды…ды…дадуйте, профессор – то ли промычал, то ли прохрипел Архип.
- Здравствуй, Архип. – Епифаненко протянул руку. – Что в крови то весь?
- Дык это, епта…Свинью рубил.
- Архип, большое спасибо тебе за прошлую находку. - Епифаненко выдавил кислую улыбку. – Это же просто научная сенсация!
Он достал из кармана скомканную газетную бумажку и развернул ее. Внутри оказался окровавленный зуб. Сергея Владимировича передернуло.
– Ты не представляешь, мой друг, какую археологическую ценность имеет эта вещь. – Епифаненко старался придать голосу убедительность. - Ведь это же ни много ни мало зуб гоминида! Первобытного существа, жившего здесь многие тысячи лет назад. Примат, звено между обезьяной и человеком…
- Пы…пы…питекантроп шоль, епт? – перебил Архип, тряся непропорционально маленькой головой.
- Ну, пускай будет питекантроп. – согласился Сергей Владимирович.
«Господи, лишь бы отвязался, идиот. Притащил мне чей-то зуб и думает, что я не понимаю. За дурака меня держит».
- Вот тебе 300 рублей – с видом благодетеля Сергей Владимирович протянул Архипу мятые деньги. – Спасибо тебе от всего научного сообщества, от всей мировой общественности. Такие простые люди как ты, Архип, двигают прогресс вперед…
В пустых глазах горбуна зажглись искры. Он взял деньги и благодарственно замычал. Потом Архип протянул профессору козлиный череп.
- Нет, Архип, нет – замахал руками Епифаненко. – Это археологической ценности не имеет. Это же простой козлиный череп. Вот если бы это был человеческий – другое дело. Я бы тебе пять тысяч заплатил.
Архип горестно вздохнул. После чего он раскрутился и словно метатель молота швырнул череп в стаю ворон. Птицы шумно захлопали крыльями и взмыли вверх.
- Архип, мы завтра со студентами уезжаем вечером. Так что больше приходить не надо. Еще раз тебе большое археологическое спасибо! – сказал Епифаненко.
- Ды…ды…ды свидания, профессор, епта! – Архип развернулся и заковылял обратно. Он на ходу перекидывал топор из одной руки в другую. Профессор смотрел ему вслед.
«Дебил… Все деньги пропьет. Вот он, питекантроп то и есть, самый настоящий».
Епифаненко зашагал к лагерю. Возле палаток студенты собирались на ужин. День катился к вечеру.
…
Ржавое лезвие лопаты рассекло дождевого червя на две части. Селиван прекратил копать и задумчиво посмотрел на извивающиеся обрубки. Он воткнул лопату в сырую землю и перевел дыхание. Потом он вылез из ямы и сильно хромая медленно поплелся в сторону леса.
Начинал накрапывать дождь. Кровь изо рта шла не переставая. Селиван потрогал языком дырку от зуба. Багровые капли сочились из угла рта, попадая на рубаху и оставляя на ней кровавые пятна. Рваная рана на щеке была заштопана уродливыми стежками.
Вдалеке замаячила горбатая фигура. Селиван сплюнул кровью и попал себе на одежду.
- Архип, ну че, как там?? Дал профессор денег за череп? – крикнул Селиван.
Горбун приближался. Он размахивал топором, выписывая им разные фигуры.
- Тры..тры…триста рублей дал за зуб – сказал Архип. Его мощная фигура контрастировала на фоне субтильного Селивана. – А череп не вз..вз..взял. Гы..гы... Говорит , не надо.
- Хреново, блин. – грустно протянул Селиван и потер распухшую щеку. Половина его лица превратилась в огромный флюс. – Болит, твою мать. Ты же мне чуть пол челюсти не отрубил, придурок криворукий.
- Пр..пр…профессор грит…если череп питекантропа притараним – пять штук даст, епта!- сказал Архип.
- Да череп то это не зуб, мля! – злобно ответил Селиван. – Где ж мы череп возьмем?
Наступило молчание. В повисшей тишине было слышно стрекотание кузнечиков. Завывал ветер, со скрипом качались деревья. Где-то вдалеке эхом раздавалось карканье вороны.
Архип не отрываясь смотрел Селивану в глаза странным взглядом. Селиван попятился. Он зацепился ногой за ногу и упал на землю.
- Не знаю. – вдруг сказал Архип и переложил топор в другую руку.
Текущий рейтинг: 53/100 (На основе 62 мнений)