Пугало

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Pero.png
Эта история была написана участником Мракопедии Саша Р.. Пожалуйста, не забудьте указать источник при использовании.


Я помню: тот июль выдался таким жарким, что на улицу можно было выйти только после семи часов вечера. Стоило переступить порог в дневное время, жара тут же наваливалась, как душная, тяжелая шуба, а глаза начинали болеть, будто на них давили горячими пальцами. Нельзя было даже открыть окно - раскаленный воздух тут же заливал всю комнату. В тот месяц я выходила из дому лишь с наступлением сумерек. Личной жизни у меня не было, отец уехал в командировку, мама целыми днями работала, а единственная подруга Надя не выходила со мной на связь. У нее тогда был тяжелый период в жизни, но на мои расспросы она ничего не отвечала, разговоры у нас не клеились, и я решила ее не донимать. Весь июль я пролежала одна дома, мучаясь от жары и скуки.

Поэтому когда в воскресенье начался дождь, я поначалу обрадовалась - наконец-то свежесть и прохлада. Но дождь перерос в сильную грозу, нам выбило свет и интернет, и мы сидели на кухне в полутьме, глядя на бушующую за окном непогоду.

- Побило мне все цветы, - пожаловалась мама. - Давно не было такого ливня. Еще и так резко начался. А ведь прогноз погоды и маленького дождика не обещал. Смотри, какая молния! Не повезло тому, кого такая погода настигла в дороге.

Прошло почти два часа, но гроза становилась только сильнее. Дождь превратился в град, от грома болели уши. Мы забыли закрыть калитку, и она с громким скрипом хлопала на ветру.

- Не будет у нас ни персиков, ни абрикосов, все посбивает, - вздохнула мама. - Последний раз я видела такую сильную грозу, когда Степа Меньшиков повесился. На висельников всегда сильная гроза. Вон, смотри на дорогу: как будто кто-то бежит по ней.

Я присмотрелась. По дороге текли реки воды, а по рекам - рябь от сильного ветра, словно чьи-то следы.

- Интересно, зачем кто-то пугало поставил возле леса? - вдруг сказала мама.

И правда, вдалеке у самого леса развевалась какая-то красная тряпка.

- Чтобы птицы урожай не клевали, - ответила я.

- Так там же нет ни полей, ни огородов. Какой урожай?

- Думаешь, это и правда пугало?

- Ну посмотри, как будто фигура в платье. Что по-твоему, человек там стоит в такую грозу? Точно пугало.

Я всмотрелась было вдаль, но с очередным раскатом грома град резко усилился. Налетел такой ураган, что мы в спешке начали занавешивать окна. До самого утра мы не могли уснуть - выл ветер, звенели стекла, и даже стены дома как будто дрожали. Закончилась гроза так же резко, как и началась, полностью уничтожив наш сад.

На следующий день жара вернулась - и еще большая, чем была. Я снова осталась дома одна. Наблюдая из окна, как моя мать выходит за калитку, я ощутила странное чувство тревоги, мне внезапно захотелось погнаться за ней, попросить вернуться. Пересилив себя, я попыталась отвлечься на книгу. Но тревога не уходила, я то и дело отрывалась от чтения и оглядывалась по сторонам. В доме ничего не изменилось, стены, мебель, - все было таким же, как и раньше, но оставаться в нем мне стало почему-то жутко. Все вокруг при свете дня вдруг стало зловещим, излишне четким, будто кто-то повысил контрастность изображения. Наверное, я слишком перенервничала из-за вчерашней грозы.

В какой-то момент мне стало настолько страшно, что я отбросила книгу и выбежала босиком во двор, а из двора - за калитку. Мы жили в частном секторе сразу за городом, и я любила это место за тишину и покой. Но тогда вид пустых улиц нагнал на меня еще большую панику. Я вдруг осознала, что сейчас понедельник, все на работе, и ни в одном из домов вокруг никого нет, и даже птицы почему-то не поют и листья не шелестят, я одна, совершенно одна. Чуть ли не плача, я вбежала обратно домой и заперлась в ванной, но стоило мне умыться холодной водой, как наваждение пропало. Все только что пережитые ощущения тут же показались мне глупыми и смешными.

Вечером мать вернулась с работы, и мы с ней решили пройтись до ближайшего магазина. Жара наконец спала, в свежем воздухе пахло акацией, пели птицы, мне было спокойно и радостно на душе, а о пережитом днем я вспоминала даже с некоторым неудобством, как о каком-то дурачестве.

Мы уже видели издалека наш дом, как вдруг я увидела, что какая-то женщина в красном платье выходит из-за калитки и уходит в противоположном от нас направлении. Я прервала нашу беседу с мамой, чтобы указать ей на это.

- Мне вдруг показалось, - сказала я и рассмеялась, - что та женщина у нас со двора вышла.

- Да, мне тоже так показалось, - тихо сказала мама, и все веселье как рукой сняло. Во мне почему-то снова начало нарастать чувство тревоги, и в один момент вернулось то ощущение жуткого, зловещего мира вокруг.

- Эй! Вы к нам приходили? - окликнула ее мама, но женщина удалялась, не слыша нас. Что-то в ней было не так.

- Если она что-то важное хотела, она вернётся. - сказала мама. Но меня почему-то взволновало произошедшее.

- Что это у нее с головой? - спросила я. - У нее как будто одно плечо выше другого что ли...

- Не будем обсуждать. - перебила меня мама, и ее лицо стало бледным. - Наверное, человек чем-то болеет.

До дома мы дошли молча. Разговаривать больше не хотелось.

Ужинали мы тоже в полной тишине. Мама смотрела в окно, думая о чем-то.

- Тебе не кажется, что то пугало переместили? - наконец сказала она.

Я подошла к окну, вгляделась вдаль. Красная тряпка теперь висела на некотором отдалении от леса, а не вплотную к деревьям. При ясной погоде на фоне зелени она выделялась еще ярче, чем вчера.

- Может, его просто переставили. Да и мало ли что это может быть? Хочешь, сходим туда посмотрим.

- Глупости какие! - рассердилась мама, и я почувствовала, что за раздражением она прячет тревогу. - Делать мне больше нечего!

Но мне стало интересно, и я сходила к соседу и попросила у него бинокль. Мама, поджав губы, долго вглядывалась через него в окно, а потом пробормотала:

- Что это, как будто какая-то женщина...

Я выхватила бинокль из ее рук. Он был очень слабенький и приблизил совсем ненамного, но я увидела, что возле леса стоит как будто бы женская фигура в красном, с длинными темными волосами, - какая-то странно перекособоченная и искривленная, но определенно женская фигура.

- Это точно пугало, - рассерженно сказала мама. - Пугало для птиц. Или по-твоему, это живая женщина там стояла вчера под градом и грозой?

- Да, наверное, - сказала я. - Да, точно. Просто пугало, которое переставили теперь в другое место.

Убедив себя и друг друга, мы выбросили мысли о дурацком пугале из головы на весь оставшийся вечер. Однако на следующее утро, когда мама ушла на работу, я снова почувствовала нарастающее чувство тревоги. Зачем-то я опять взяла бинокль и подошла к кухонному окну. Сердце екнуло - это определенно была женщина, странная, кривая, но женщина, и в этот раз она стояла, повернувшись ко мне. Я отчетливо видела светлое пятно лица, длинные темные волосы и красное платье.

- Не может же быть так, что это живая женщина, - пробормотала я. - Вроде и похоже на человека, а вроде и нет... Кукла какая-то...

И в этот момент, будто услышав мои слова, фигура подняла руку в красном рукаве и сделала ею какой-то жест. Теперь сомнений у меня не было.

Чувство тревоги усилилось, дом из привычного и родного опять стал жутким и зловещим. Мне захотелось выбежать на улицу, но я помнила, что там страх только усилится.

Отвлечься на книгу или фильм не получалось, я то и дело подходила к окну и стояла, рассматривая странную фигуру в бинокль. Периодически она поднимала руку и махала мне, будто звала. Но не может же быть так, что это действительно какая-то женщина там целыми днями стоит - и в грозу, и в сорокаградусную жару? И как она может меня подзывать, разве она знает, что я где-то там смотрю на нее в бинокль? Глупости какие, это точно пугало. Оно развевается на ветру, а мне кажется, что оно рукой машет. Но ведь и ветра никакого нет, даже листочек не шелохнется...

Почему-то мне на ум пришла та женщина в красном, которая вчера будто бы вышла из нашего двора. Та, у которой что-то было не так с шеей или плечом... Я опять прильнула к биноклю. Та фигура все еще стояла там, и светлое пятно вверху, похожее на лицо, словно было криво приклеено к телу, правее, чем нужно.

И тогда на меня снова нахлынула такая же сильная, странная, беспричинная паника, как и вчера. Я начала лихорадочно одеваться, решив для себя ни за что не оставаться ни в этом доме, ни на этой улице. Но куда бежать, если даже никого из соседей нет дома? "К маме на работу," - мелькнула мысль, и я выбежала во двор едва обувшись и не заперев дом на ключ. Но выскочив за калитку, я замерла, увидев далеко в конце улицы фигурку в красном.

Мое сердце готово было выскочить из груди. Я огляделась, ища, кого бы позвать на помощь, хотя и знала, что никого не увижу. Когда я снова посмотрела на фигуру в красном, она была неожиданно близко. До нее оставалось всего три-четыре дома, а ведь я отвернулась лишь на секунду.

Я бросилась обратно в дом и, мельком обернувшись на пороге, увидела, что женщина в красном уже подошла к калитке, протянула руку, крутит задвижку. Я успела заметить, что одно плечо у нее и правда поднято, голова будто свешена набок, а лицо даже больше синюшное, чем бледное. Я с визгом захлопнула дверь на щеколду изнутри, занавесила все шторы, словно она могла войти через окно.

"Не может человек выглядеть так и двигаться так быстро," - думала я, набирая мамин номер. Раздался стук во входную дверь, задергалась дверная ручка. Мне стало так жутко, что я с головой спряталась под одеялом. Внятно объяснить маме, почему я звоню, у меня не получилось, но она все поняла по моему голосу, разволновалась и сказала, что сейчас прибежит. Но сколько ее ждать? Минут пятнадцать как минимум. Я звонила всем, кого знаю, - соседям, Наде, ее родителям, но никто не брал трубку.

В дверь продолжали стучать, и я слышала, как тяжело и хрипло она дышит на крыльце с сильным стоном на вдохе и выдохе.

Вдруг стук затих. Хрипящее, стонущее дыхание стало ближе, оно теперь раздавалось прямо под окном моей комнаты.

"Идем, - голос прозвучал как будто у меня в голове. - Выходи. Идем. Я не могу войти. Выходи. Пожалуйста."

Я зажмурилась и закрыла уши руками. Голос позвал меня еще некоторое время, странное дыхание отдалилось и стихло. Скрипнула калитка.

В тот день я так испугалась, что ночью легла спать рядом с мамой.

Сны мне снились тяжелые, - будто бы я открываю глаза, а в дверях стоит та женщина, одно плечо поднято, на другом лежит голова. Проснувшись в холодном поту, я увидела сквозь полудрему, что ночь уже отступает, вся мебель в родительской спальне уже обрела очертания, а женщина в дверях по-прежнему стоит.

И то ли снится мне, то ли кажется, - но вот она уже возле моей кровати, тащит меня за руку, и я будто иду за ней. Мы выходим в коридор, а он залит приглушенным багровым светом, словно на лампу набросили красную тряпку. И видится мне, что этот коридор раза в четыре длиннее, чем на самом деле, и идем мы по нему долго-долго, а через двустворчатые двери выглядывают из темных комнат лица моих родных. И вот будто бы это их лица, но что-то в их гримасах есть странное, чужое, к ним не хочется подходить, а даже страшно, чтоб они не дотянулись до тебя.

В мгновение ока мы оказываемся во дворе, потом за калиткой и движемся по улице. Она, не оборачиваясь, тянет меня за собой, и ее голова криво висит на шее, покачиваясь при каждом шаге. Уже светает, и мы вроде идем медленно, не торопясь, а дома по бокам мелькают быстро, и я понимаю, что это сон. Раз - и мы уже возле того леса. Она протягивает руку, показывает пальцем, я вглядываюсь - и вижу, что в темноте между деревьев покачивается какая-то красная тряпка. Из-под нее видны две бледные ноги, голова свесилась набок, лицо синюшное - и я вдруг понимаю, кто это.

Проснулась я от телефонного звонка. Утренний свет заливал спальню, за окном пели птицы, солнце пекло. Звонила Надина мама. Несколько дней назад Надя сказала, что хочет провести выходные на природе с друзьями, чтобы развеяться и избавиться от апатии, собрала рюкзак, села на велосипед и больше не выходила на связь. Я тут же рассказала ей свой сон.

В том лесу, возле которого я видела пугало, в который вела меня та странная женщина, и нашли мою Надю повесившейся на ближайшем дереве. На ней было красное платье, и из дому она уехала как раз в тот день, в который началась та самая гроза.

- Поэтому она стояла там и махала тебе рукой, - сказала мне потом мама. - Из нашего окна видно тот лес. Она хотела, чтоб мы ее увидели, чтоб мы ее нашли.

Я молча смотрела на лес в бинокль. Надино тело уже сняли и увезли, но она все еще стояла там и махала мне рукой - на этот раз будто прощаясь.

После того, как ее похоронили, она больше не появлялась.


Текущий рейтинг: 77/100 (На основе 159 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать