Наследство от дедушки

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Pipe-128.png
Эта история была написана участником Мракопедии UnknownHero в рамках литературного турнира. Пожалуйста, не забудьте указать источник при использовании.

Известие о смерти дедушки настигло Артёма внезапно. Он как раз вышел из аудитории где только что закончилась пара по экономике и раздумывал о том, стоит ли ему идти на следующую лекцию. Его размышления прервала СМС-ка от матери, в которой коротко и ясно было написано: “Сынок, твой дедушка Николай Борисович умер. Приезжай домой срочно”. Дедушка Артёма трудился профессором в крупном НИИ и насколько помнил парень, работал он там далеко не над простыми проектами. После его смерти осталась двухкомнатная квартира недалеко от центра и загородная дача с солидным участком. Квартиру он оставил своему старшему сыну Сергею, который приходился братом покойному отцу Артёма. А вот свою дачу и, почему-то, личную трость, оставил именно внуку. Всё это семейству Артёма сообщил нотариус деда, зачитав завещание в своём кабинете, где кроме матери парня присутствовал так же и дядя Сергей. Сын Николая Борисовича был оглушён горем и явно сильно выпивал в прошлый вечер, так как вид у него был несвежий и от него шёл стойкий запах алкоголя.

Артём читал множество статей в Интернете о том, как близкие родственники начинают страшные судебные тяжбы за наследство, грызутся друг с другом как самые настоящие враги. В тот момент, когда нотариус, грузный мужчина с блестящей лысиной, зачитал, что дача в 55 километрах от города достаётся ему, он ожидал, что дядя Сергей поднимет крик, набросится на него, обзовёт приблудой или ещё каким нехорошим словом. Однако тот лишь хмуро кивнул и даже не посмотрел на парня. Судя по матери, которая в этот момент сильно стиснула ладонь Артёма, она ожидала примерно того же, что и её сын.

Вышли из офиса нотариуса они все вместе. В какой-то момент им пришлось ждать лифта и как назло рядом вообще никого не было. Сотрудники здешних предприятий словно бы нарочно сговорились не подходить к троице людей и из-за этого повисшее молчание было довольно-таки тягостно. Артём молчал в основном потому, что попросту не знал, что сказать. Дядю Сергея в последний раз он видел лет шесть назад, в день, когда хоронили отца. За два года до этого, отец разругался с дедом в пух и прах и прекратил всё общение со своей семьёй, сыну он также запрещал даже речь заводить о своём дедушке и дяде. Парень уже не помнил о чём там был спор, но страшные крики мужчин друг на друга ещё долго звенели у него в ушах. Тем более, что на обратном пути отец был зол и резок с ним тоже и Артём подумал, что он тогда сделал что-то не так и из-за него дедушка и папа так сильно ругались друг на друга. Дяди Сергея тогда там не было, он как и сейчас работал вахтовым методом на Севере и потому просто не знал о большом расколе в семье.

Парень достал из кармана куртки белый, слегка помятый уже конверт. Нотариус вручил по одному письму и ему, и дяде Сергею. Он сказал, что Николай Борисович заранее подготовил их на такой случай. Предусмотрительный был человек.

— А это правильно, что дача тебе отошла, Тёма. Будь брательник мой жив, она бы ему досталась по наследству. Батя всё по-справедливости распределил, - хриплый голос дяди Сергея разрезал тишину. Артём явственно ощутил, как рядом вздрогнула мать.

— Кхм, я… спасибо. Я не знаю что сказать, дядь Сергей, - глухо ответил Артём. За всё прошедшие годы он уже привык, что они не общались с дедушкой. Мать винила Николая Борисовича в том, что он доводил её мужа своими бесчисленными придирками и попытками повлиять на его жизнь. Она так же яростно как и отец запрещала Артёму поддерживать связи с этими родственниками.

— Нин, ты это, не злись больше на батю-то. Он знаешь как сильно сам себя казнил за ту ссору. Всё время про Игоря думал, он ведь его любимчиком был, знаешь, - дядя Сергей как-то странно улыбнулся и Артём увидел как в уголках глаз мужчины заблестели слёзы. Странное и непонятное чувство сдавило сердце парня, он почувствовал какой-то неприятный комок в горле и ему вдруг резко захотелось откашляться.

— Я постараюсь, Сергей, - голос матери звенел. Только непонятно отчего, от волнения или от злости. Характер у неё был не подарок и потому Артём втайне подозревал, что всё-таки больше от второго.

Дядя Сергей посмотрел на женщину, уже открыл было рот, чтобы сказать что-то, но в последний момент передумал. Лифт как назло полз со скоростью черепахи и потому, чтобы избежать новой мрачной паузы, Артём спросил:

— А что трость?

Нотариус вручил ему её в кабинете и Артём понятия не имел что с ней делать. Палка из красивого, блестящего тёмного дерева, рукоять была выполнена из какого-то белого материала, шершавого на ощупь, которое приятно ложилось в руку. На оголовье трости была искусно вырезана голова какого-то ящера, глаза которого были сделаны из зелёных камней. Парня снедало нетерпение и хотелось рассмотреть такую необычную вещь получше, однако ему казалось, что делать это при старшем сыне покойного было бы нехорошо.

— Повесь на стену, будешь хвастаться, что это антиквариат, семейная реликвия, - невесело сказал дядя Сергей.

В этот момент лифт наконец прибыл на их этаж и они спустились на первый этаж. По пути вниз все так же молчали. Дядя Сергей угрюмо уставившись в одну точку перед собой, мама сердито сопя, а Артём по-прежнему чувствуя себя не в своей тарелке.

На улице, мать хотела сразу же утащить парня к машине, но дядя Сергей остановил её.

— Нин, давай я перекурю и с Тёмой заодно поболтаю. Давно же не видел племяша-то, - сказал мужчина, заглядывая матери в глаза. Артём почувствовал, что так же хотел бы поговорить с дядей, про которого до этого уже даже не помнил толком.

По лицу матери было видно, что она не в восторге от такой затеи. Она явно хотела возразить, когда Артём проговорил примирительным тоном.

— Мам, всё в порядке, мне как раз надо немного свежим воздухом подышать. Не каждый день такое.

— Где же это с курящим человеком свежий воздух-то? - хмыкнула мать, бросив неодобрительный взгляд на дядю Сергея. - Ладно уж, болтайте.

Когда женщина попрощалась с Сергеем и ушла, мужчина действительно вытянул сигарету и несколько нервными движениями помял её в руках. Только сейчас Артём заметил как дрожат его пальцы, да и вообще при свете дня рассмотрел получше. Он был не похож на отца, высокого шатена с пронзительными зелёными глазами и самой обаятельной улыбкой, какую только видел Артём. Сергей был коренастым мужиком, с непослушными тёмными волосами, такими же тёмными усами и недельной щетиной. Одет был в простые джинсы и рубашку, что делало похожим его на какого-нибудь простого работягу. Однако, Артём знал, что тот хорошо зарабатывал на Севере и ездил на “Аутлендере”.

— Ты деда-то хоть помнишь, надеюсь? - спросил Сергей, прикуривая.

Артём не знал сначала что ответить. Он помнил высокого, жилистого мужчину с морщинистым лицом, скупая улыбка, цепкий взгляд. Все эти образы приходили к нему постепенно, словно бы пала какая-то стена и мозг начинал возрождать в своей памяти этого давно забытого человека. Дед был строгим, но всё же иногда частенько болтал с внуком, рассказывал ему всякие разные истории из своей молодости, выдумывал сказки, когда Артём был поменьше.

— Что-то помню, - кивнул парень. Он не хотел врать дяде Сергею сейчас, в такой момент.

— Это хорошо. Он тебя любил, ты же всё-таки Игоря сын был. Похож ещё на батю так, - внезапно Сергей так тепло улыбнулся Артёму, что тот даже оторопел и удивился, как так вообще вышло, что они столько лет вообще не общались. - У них с отцом отношения своеобразные были, слишком похожие они были. Оба упрямые донельзя, вот и ссорились постепенно. Батя просто против женитьбы брата на мамке твоей был, они из-за этого цеплялись вечно как собака с кошкой.

Дядя Сергей затянулся и уставился куда-то вдаль. Потом вдруг подобрался и посмотрел на Артёма.

— Ты это, Тёма, трость эту береги лады. Батя ценил её сильно, не расставался с вещицей этой в последнее время, уж не знаю где он её нашёл. Наверное, тебе передал, чтобы оставить у тебя что-нибудь от себя. Чтобы помнил хоть что-то. Любил он тебя…

Дядя Сергей закашлялся и Артём снова заметил, что у мужчины блестели глаза.

∗ ∗ ∗

Дома мать долго причитала, что вместо дачи за тридевять земель и дурацкой палки, дед мог бы и квартиру внуку оставить раз уж расчувствовался так. Она яростно утверждала, что один чёрт Сергей вахтовик и его по несколько месяцев не бывает в городе, на кой чёрт ему сдалась квартира.

— Да ладно тебе, Нинуль, Артёму и так дача досталась. Посёлок там небольшой и чуть на отшибе, ну так это же и хорошо. Не будет толп дачников летом галдеть по-соседству, - успокаивал маму отчим.

После смерти отца мать горевала два года. Потом как-то однажды за ней начал ухаживать знакомый её коллеги, раз встреча, другая и постепенно они начали встречаться. Артём к тому моменту был уже взрослым и понимал, что матери одной придётся очень тяжело, если ему вдруг придётся когда-нибудь уехать. Да и потом, отчим Андрей был вполне себе нормальным мужиком, ему принадлежали несколько автомастерских и потому парень не переживал, что с ним мама пропадёт.

Правда, иногда мать заносило и она снова начинала ругать нерадивого Николая Борисовича, который всё время к ней цеплялся и жизни им с покойным мужем совсем не давал. Отчим иногда упрекал её в том, что нельзя плохо говорить о покойниках, на что мать отмахивалась, что этот псих и так у её семьи столько крови попил, мол, не станет она к нему лучше относиться. В такие моменты Артём отчётливо понимал, насколько характер у его матери далеко не ангельский и ему становилось как-то неловко от этого осознания.

Неприятные чувства, терзавшие душу Артёма после похорон дедушки и разговора с дядей постепенно сходили на нет. Точно так же как окончательно сходила зима, уступая наконец место полноценной весне. Вторая половина апреля выдалась настолько тёплой, что снег уже практически весь растаял и уже на первомайские выходные ожидались действительно тёплые деньки. Идея встретить праздники на даче пришла в голову Артёму спонтанно и он тут же поделился этой новостью с матерью и отчимом.

— Ну а что, хорошая идея, - похвалил Андрей. - Шашлычок покушаем, посидим там в семейном кругу. Природа опять-таки, свежий воздух.

Мать, конечно, колебалась какое-то время, но под давлением обоих мужчин постепенно уступила.

— Дык кто его знает в каком там состоянии дача-то эта. Разбежались они шашлыки жарить, - мать всё время находила какие-то аргументы, чтобы как-то попортить малину. - Там, наверное, такая разруха будет, что разгребать надо с месяц.

И именно в этот момент Артёму пришла другая гениальная идея.

— Давайте я просто съезжу и посмотрю что там да как. Заодно и большую часть работ сделаю, - сказал парень уверенным голосом.

— Ишь ты, шустрый какой. А университет как же?! У тебя же зачётная неделя скоро уже, - тут же пошла в атаку мать.

— Так мам, курсачи я все сдал, почти все зачёты автоматом. Вот в среду будет коллоквиум, его сделаю и последний зачёт тоже сдавать не придётся.

Аргумент был железобетонный и крыть матери было нечем. Она, конечно, пыталась придумать ещё что-нибудь чтобы не отпускать сына одного в неизвестный посёлок, но отчим опять-таки поддержал пасынка, похвалив за самостоятельность и ответственность по отношению к своей приобретённой недвижимости. Настолько поддержал, что разрешил воспользоваться его машиной на выходных. Артём был просто в восторге.

В среду он успешно сдал коллоквиум и получил автомат. Артём, окрылённый идеей, что все выходные проведёт один на СВОЕЙ новой даче, да ещё и вдали от излишне опекающей матери, домой бежал чуть ли не вприпрыжку. Даже медленно ползущий на седьмой этаж лифт был для парня в радость.

Впрочем, в квартире его поджидал сюрприз. Мать была дома не одна. С удивлением парень обнаружил в гостиной зрелого мужчину, одетого в добротный костюм тройку. Высокий, худощавый, с приятным лицом и учтивыми манерами, он напоминал парню аристократа из какого-нибудь Петербурга конца 19 века.

— А у нас тут гости, сынок. Это вот Владимир Павлович, приятель твоего дедушки, - радостно прощебетала мать, чем здорово удивила Артёма. Она всегда довольно холодно относилась к своему свёкру и отчего была такая радостная реакция из-за его знакомого он не понимал.

— Добрый день, молодой человек! - подошёл к нему гость. - Очень рад с Вами познакомиться, Артём. Николай много рассказывал о Вас, поэтому для меня это знакомство имеет очень большое значение.

Мужчина пояснил, что дружил с дедушкой с незапамятных времён. Он рассказывал о том, как они вместе начинали работать на научном поприще, как по молодости ездили на сплавы в сторону Урала и Сибири. Говорил он так же и об отце Артёма, очень сетовал, что тот ушёл из жизни до срока, чем до слёз растрогал мать.

— Артём, я недавно прибыл в страну, вырвался как только узнал, что Николая больше нет. От его нотариуса я узнал о том, что дедушка завещал Вам дачу, да ещё и свою трость впридачу, - мужчина спросил об этом как будто невзначай, но по его лицу и целеустремлённому взгляду, Артём понял, что вопрос этот прозвучал не просто так.

— Да, так и есть. Оставил как память о себе для внука, - улыбнувшись, ответил Артём.

— Это вполне в духе Николая. Он очень ценил эту трость знаете ли, не расставался с ней после того как получил её от меня. Он считал, что с этой тростью он выглядит весьма представительно, - рассмеялся Владимир Павлович. - Помню тот день, когда вручил ему этот подарок так, будто это было ещё вчера.

— Ну это вполне в духе Николая Борисовича. Он любил подчеркнуть свою статусность, а трость эта сразу видно штука непростая и очень самобытная, - поддакнула мать не к месту, отчего Артём почувствовал лёгкое раздражение. Всё-таки иногда выдерживать её было тяжеловато.

— О да, - закивал Владимир Павлович. - Эта вещица имеет весьма презанятную историю, на рассказ которой у нас, наверное, уйдёт весь оставшийся день. Я ведь нашёл её в одном антикварном магазинчике в Италии и весьма много за него отдал в своё время. Хоть таким подарком мог как-то поддержать своего дорого друга.

— Какой Вы замечательный человек, - проговорила мама воодушевлённо. Артём так же кивнул, словно бы в подтверждение её слов.

— Стараюсь во всяком случае, - кивнул он. - Вообщем-то когда я узнал, что эта трость находится у внука Николая, то не смог устоять перед соблазном снова увидеть эту редкую вещицу.

— Да конечно, она вон в комнате у сына, - с готовностью сказала мама. - Тём, ну что ты сидишь столбом? Иди сходи, принеси трость. Пусть Павел Владимирович посмотрит на свой подарок.

Артём хотел было возразить, но вид улыбающегося лица Павла Владимировича и требовательного взгляда матери, переубедил его. Он послушно принёс наследство от деда и передал его мужчине в костюме. Павел Владимирович с таким вожделением взял в руки трость, такими жадными движениями начал водить по ней пальцами, что Артём даже как-то внутренне напрягся. Он почему-то сразу подумал об алкоголиках, которые долгое время не держали в руках бутылку с заветным пойлом.

— Такая же прекрасная как и в тот день. Да-а определённо такая же, - проговорил Павел Владимирович. - Вы даже не представляете как давно я её не видел. Столько воспоминаний, знаете ли.

Артём при этом вдруг испытал сильное чувство досады и… ревности. Ему вдруг стало резко неприятно, что какой-то малознакомый мужик крутит в руках наследство от покойного дедушки. Ему тут же захотелось вырвать трость обратно и парень сильно напрягся, чтобы не сделать этого.

— Да, красивая трость, - натянутым голосом проговорил Артём.

Павел Владимирович посмотрел парню прямо в глаза и так заразительно улыбнулся, что чувство досады начало постепенно отступать.

— Я, конечно, понимаю, что не могу о таком просить,но быть может, Артём, Вы согласитесь отдать эту вещицу мне. Сейчас я живу за границей, знакомых очень мало, а такая память о Николае была бы для меня самой настоящей отдушиной.

Артёму с трудом удалось сохранить ровный тон, когда он сказал:

— Простите, но нет. Это последний подарок от моего дедушки.

Лицо Павла Владимировича осунулось, он несколько раз удручённо кивнул, словно бы и не ожидал услышать другого ответа.

— Чтож, я всё понимаю. Это и для Вас всё-таки память, - закивал наконец мужчина. Он встал и протянул Артёму трость, а затем и свою руку. - Был рад знакомству с Вами, Артём. В Парень ответил на рукопожатие. Ладонь Павла Владимировича была холодной и неприятной на ощупь, Артём едва сдержался от того, чтобы не вздрогнуть.

После этого мужчина как-то спешно начал прощаться, мотивировав это неотложными делами. Мать, конечно, настаивала на том, чтобы он выпил всё-таки чашку чая, но мужчина был непреклонен. Он галантно поцеловал руку мамы, заставив ту нервно хихикнуть, ещё раз сказал, что рад знакомству с внуком своего покойного друга и ушёл.

— И далась тебе эта палка! Мог бы и отдать человеку, - негодовала мать. - Он вон какой расстроенный из-за смерти Николая Борисовича. Так хоть память ему была бы о друге.

Артём не стал ничего отвечать на это и просто убрал трость обратно в комнату. На столе парня лежал распечатанный конверт с письмом от деда. Среди слов о том, как Николай Борисович жалел о разрыве отношений с внуком, о невыполненных совместных делах, были так же следующие строки:

“Умоляю тебя, внук Артём, ни в коем случае не потеряй мою трость. Придёт время и ты сам поймёшь зачем надо сохранить её у себя. Ты мне ещё скажешь за это спасибо.”

∗ ∗ ∗

Дачный посёлок и вправду оказался несколько в отдалении от разбросанных в округе подобных селений. Впрочем, снег на дороге уже растаял, да и дождя не было уже неделю, поэтому грязи особо не было. “Ниссан-Кашкай” отчима итак был довольно проходимым, так что с проездом к нужному дому у Артёма особых проблем не возникло.

Посёлок оказался довольно маленьким, на 10-15 домов если прикинуть навскидку. Сторож, какой-то помятый жизнью мужик в ватнике, сообщил, что кроме парня в посёлке почти никого нет и помог с поисками нужного дома. Он явно намекал на то, что за свою помощь было бы неплохо отблагодарить его какой-нибудь огненной жидкостью, но Артём смог откупиться 100 рублями. Не хотелось парню изначально портить отношения с местными. Автомобиль резво проехался по узкой улице и наконец остановился у нужного дома.

Небольшое одноэтажное строение, сделанное из красного кирпича располагалась в глухом переулочке, сокрытый среди липовых деревьев, росших перед ним. Выйдя из машины, Артём первым делом вдохнул полной грудью свежий воздух, в котором витали запахи ранней весны. От такого у парня даже слегка закружилась голова, он всё же был городским жителем до мозга костей и не привык к такому количеству чистого кислорода.

Дворик был небольшим, но вполне себе успешно вместил машину. Правда Артёму пришлось сначала немного пошаманить с траекторией заезда во двор, так как дорожка шла под изгибом. Он даже несколько раз чуть не задел столбы ворот, но благо обошлось. Артём с радостью отметил, что пока справляется совсем неплохо.

Кроме дома на территории дачи, огороженный профнастиловым забором, было ещё два небольших строения и кабинка обычного деревенского туалета. Одним из них была баня, правда забитая каким-то хламом, одного вида на это безобразие было достаточно, чтобы понять, дедушка практически не пользовался ею. Здесь были навалены какие-то коробки, старая одежда, черенки от лопат, даже какие-то заготовленные дрова. Было видно, что дед был не слишком хорошим хозяйственником. Вторым зданием была какая-то кладовка, где были навалены различные садовые инструменты, ещё одна куча дров, несколько железных бочек, какие-то резиновые шланги. Решив, что здесь разбираться придётся очень долго, Артём решительно двинул в сторону дома. Ключ ему вручил нотариус, вместе с документами на дачу. Тогда парень сильно удивился, увидев связку ключей аж из четырёх штук. Сейчас же он увидел на двери ровно четыре разных замка. Два навесных и два дверных.

Справился с ними парень относительно легко и вскоре наконец оказался внутри своей новой дачи. Комнат было четыре: небольшая кухонька с квадратным столом и электроплиткой на нём, что-то наподобие библиотеки где стояло два шкафа, заполненные книгами, комната, которую дед явно использовал как свой кабинет и спальня с небольшой кроватью. Не богато, конечно, но в данный момент это вполне устраивало Артёма. Он был один, волен делать что захочет и как захочет на СВОЕЙ даче. Красота!

Первым делом парень перетаскал все вещи из машины в дом. Здесь была и посуда, несколько контейнеров с едой, положенные матерью сыну на перекус, металлический чайник, постельное бельё, зимний спальник отчима, кое-что из одежды и небольшая сумка со всякой мелочью. Последним предметом, внесённым в дом была трость деда. Мать постоянно ворчала, что ящер на оголовье трости пугает её и Артём решил увезти подарок деда на дачу. В конце концов, он был ещё молод и такой предмет гардероба ему пока был не нужен.

Артём никогда бы не подумал, что уборка может стать таким муторным и тяжёлым делом. Сначала он выкинул весь старый хлам, потом ходил и протирал пыль со всех поверхностей, вымыл полы. В тот момент, когда он выливал грязную воду из ведра в стороне от дома, парень всерьёз подумал, что сейчас просто свалится на землю из-за болей в спине. Он всё же был далёк от физических нагрузок, тем более что с его лишним весом, такое давалось ему обычно с трудом. Однако, почему-то такая возня сейчас наоборот увлекла парня. Он чувствовал себя землевладельцем, который ухаживает за своим имением и это здорово забавляло Артёма.

После уборки и проветривания, жилые комнаты дома смотрелись уже куда лучше. Во всяком случае ушёл противный запах пыли и затхлости, который так раздражал нос. Решив, что на сегодня подвигов хватит, Артём поставил кипятиться воду на электрочайнике и пошёл осматривать кабинет деда. Во время уборки он лишь передвигал здесь вещи и толком ни во что не вглядывался. Большую часть комнаты занимал письменный стол с выдвижными ящичками, перед ним стояло видавшее виды кресло на колёсиках, которое дед явно порядком продавил. Парень это явственно почувствовал как только уселся на него. В ящичках лежали какие-то старые газеты, блокноты, несколько книг и огрызок карандаша. Что-то подсказывало Артёму, что покойный дедушка был из числа тех людей, которые прекрасно чувствуют себя в хаосе беспорядка. Неудивительно, что он так сильно бесил мать, поборницу чистоты и порядка.

Парень перебирал все эти вещи и внезапно осознал, что практически не знал этого человека. Он был его дедушкой, как утверждал дядя Сергей любил его и сильно жалел, что они прекратили всякое общение. Но почему в таком случае он никоим образом не пытался встретиться с внуком, как-то поговорить, наладить мосты. После смерти отца Артём бы не отказался от такой поддержки человека, которому папа тоже был родным. Однако, всё случилось как случилось и ничего уже было не изменить. Теперь всё что напоминало бы о Николае Борисовиче умещалось в крохотные ящики письменного стола его дачного кабинета. Страшная ирония.

Ежедневник с красивой кожаной обложкой привлёк внимание парня ещё во время уборки. Он не стал его трогать мокрыми руками, решив, что исследует позже. Кожа на ощупь была очень приятной, скорее всего настоящая. Дед, однако, был тем ещё франтом стоит сказать.

Как только Артём начал читать, он понял, что наткнулся на какое-то подобие дневника деда. Он не описывал детально каждый день, скорее он записывал какие-то важные для себя события или наблюдения. Артём читал про его дни на работе, исследования. Читал про переживания за Сергея, который наконец-то взялся за ум, вылечился в клинике от своей зависимости от алкоголя и устроился на работу в хорошую нефтяную компанию. Дед сетовал, что инженер с такими мозгами как у дяди Сергея просто не имеет право потратить свою жизнь на подзаборные пьянки. Потом начались страницы про отца и Артём был вынужден сделать паузу. Мать никогда не говорила с ним об этом, парень знал, что той самой пришлось в тот период очень плохо. Отец попал в ДТП, когда ехал поздно ночью домой. Ему оставалось буквально пару кварталов до дома, когда пьяный лихач протаранил его машину. Отец впал в кому и умер в больнице через несколько дней. Читать страдания дедушки, которые тот описывал было просто тяжело. Артём совершенно забыл про вскипевшую давно воду для чая, про то, что он устал и замёрз и ему надо отдохнуть. Он весь погрузился в чтение записей деда, периодически вытирая слёзы рукавом, осознав наконец, как сильно страдал Николай Борисович по своему потерянному сыну. В некоторых местах дед явно терял контроль над собой, почерк становился дёрганным, множество ругательных слов в сторону виновника аварии, проклятия на голову всех бездарей, что допускают пьяных водителей за руль и всё в таком же духе. У Николая Борисовича явно была депрессия и множество параноидальных мыслей. Он постоянно писал что-то о загробном мире, что он бы всё отдал лишь бы вернуть своего сына назад.

“4 сентября. Сегодня порезался когда брился. Пришла мысль, что если сейчас сильнее надавить на лезвие бритвы, то есть неплохие шансы перерезать артерию. Тогда всё это закончится. Тогда я снова увижу своего Игоря”.

“10 сентября. Что ж, меня отправили в отпуск. Михаил Викторович сказал, чтобы я отдохнул и тем самым оправился от горя. Безмозглый индюк! Не понимает, что работа это единственное, что у меня есть сейчас”.

“18 сентября. Сергей всё же хороший сын. Купил мне билеты в Италию, сейчас хожу по улицам Милана и любуюсь на дивную архитектуру этого города. Быть может, всё не так уж плохо?”

“19 сентября. Снился Игорь. Мне так плохо. Почему я не смог спасти своего мальчика? Почему меня, старого дурака, не было рядом?!”

“29 сентября. Ещё в миланской библиотеке наткнулся на довольно интересные записи. Следует проверить, возможно это не такой уж и бред. В НИИ всё равно намекнули, что не против если я отдохну ещё пару месяцев. Ну чтож, стало быть нельзя упускать такой шанс”.

Записи стали реже и более обрывочными. Стало ясно, что дед нашёл какую-то важную для себя информацию и теперь вовсю что-то искал. Постоянные записи о каких-то параллельных мирах, верованиях о загробной жизни, какие-то заметки о ритуалах Вуду. Артём с содроганием понимал, что дед так и не смог пережить горе от потери сына и постепенно погружался в пучину какого-то безумия. Стало быть мать неспроста называла его психом. Но ведь он потерял любимого сына?! Как она не могла этого понять? Как она не могла увидеть, что человеку была нужна помощь?! А куда смотрел дядя Сергей?

Множество вопросов роились в голове Артёма и он, не выдержав, вышел на улицу. Он специально привёз с собой пачку сигарет, хотя почти не курил. Он делал это иногда, выкуривая сигаретку после пар в универе, чувствуя внутреннее удовлетворение от мыслей, что бы сказала мать увидев такое. Чувство внутренней свободы побеждало в нём ужас о недопустимых мыслях про маму и нарушение её запретов.

На этот раз Артём выкурил сразу две сигареты и только потом смог вернуться к чтению. Он чувствовал как у него болят плечи и спина от непривычных нагрузок, как урчит живот от голода, но ничего не мог с собой поделать. Записи деда увлекли его с головой и он понимал, что не сможет успокоиться, пока не прочитает всё до конца.

“14 января. Наконец-то я понял как мне её достать. Нужно найти подходящий перекрёсток. Всё что мне нужно это капельку мужества и я могу найти решение этой проблемы. Неужели это реально?”

Поиски и метания деда явно завершились какой-то находкой и теперь Артём почувствовал как внутренне задрожал. Господи, насколько же этот человек был болен. Ну куда же смотрели все его родные?!

“16 января. Долго не мог писать, слишком большое потрясение. Я всё-таки физик и почти всю жизнь проработал в научной сфере. Как я дошёл до того, что заключил сделку с Ним. Самое смешное, я так и не понял до конца кто Он такой. Записи лишь описывали ритуал вызова, но не давали никакой информации о Нём. Я как самый настоящий дурак пришёл на перекрёсток и сказал заветные Слова. Я порезал ладонь и окропил место пересечения дорог своей кровью. Я вызвал Его. Вот я и узнал цену своего мужества, в тот самый момент, когда Он появился из темноты и вышел ко мне. Боже, мои руки до сих пор трясутся при воспоминаниях о нём. Но я не убежал. Я остался на месте. Я заключил Договор.”

“17 января. Взял себя в руки. В конце концов, я ведь уже решил, что готов на любые методы, чтобы попробовать сделать это. Куда делся мой рационализм? Куда делся мой научный скепсис? Я не знаю. Знаю лишь только, что возможно у меня есть шанс вернуть Игоря к жизни. Больше мне ничего не надо. Он сказал мне, что нужно делать, он дал мне Трость. Глаза ящера на оголовье светятся в темноте и это пугает меня до ужаса. Игорь, сынок, всё ради тебя!”

“21 января. Мне плохо. Пришлось долго собирать необходимые для ритуала вещи, но я почти справился. Проклятые змеи, как они меня бесят. Он предупреждал, что будет тяжело, но я не знал, что настолько. Я смог достать плоть мёртвого человека из морга, экскременты собаки, кошки и вороны, смог купить нескольких гадюк. Надо отрубить им головы и добавить всё в котёл. Он предупреждал, что змеиные головы должны быть свежими и потому у меня будет всего пять минут. Пять минут!”

“22 января. Я стар, как же я стар. Моё сердце меня подводит, всё чаще скачет давление. Но нет, я ещё не готов уходить! Я верну Игоря, я смогу. Мне хватит мужества!”

“26 января. Завтра полнолуние. Пора”.

“28 января. Это было ужасно! Одна из змеи чуть не укусила меня, спасли только моя осторожность и решение надеть плотные перчатки. В любом случае дело сделано! Но как же мне плохо. Всё что я знал о мире теперь не соответствует истине. Он снова приходил ко мне, улыбался и уверял, что я не так уж плохо справился. Я смог вызвать эту тварь. Господи, надеюсь я забуду эту змеиную морду и его шипящий язык, которые до сих преследует меня в кошмарах. Он стоял там, по ту сторону! Не могу описать, мне просто не хватает слов… Надо поспать. Сердце болит всё сильнее, мне нужен отдых. Потерпи, Игорь, уже скоро.”

“1 февраля. Ну чтож вот дело и практически сделано. Он приходит каждый вечер, рассказывает столько всего, что у меня идёт голова кругом. Трость почти готова, когда она зарядится, то станет Маяком для души Игоря. Он сказал, что завтра покажет мне моего мальчика. Сказал, что я ненадолго увижу его.”

“3 февраля. Я видел его! Мой сын! Игорь, скоро ты снова будешь жив! Скоро ты насовсем вернёшься в наш мир”

“10 февраля. Трость почти готова. Осталась последняя вещь, которую я должен буду сделать. На самом деле я всегда знал, что этим всё кончится. Ну не может такая история закончится хэппи-эндом для такого глупого старика как я. Я не увижу Игоря в мире людей, ведь мне придётся занять его место. Душа за душу, именно так прошептал Он вчера. Сердце болит всё сильнее и я понимаю, что скоро смогу исполнить последнюю часть Договора. Я уйду навсегда, а мой сын вернётся. Однако, Он сказал, что будут некоторые сложности, о которых он расскажет позже.”

“14 февраля. День Святого Валентина. Помню как Игорь делал валентинки для своей одноклассницы. Мой мальчик. Моё золотце. Мой сын”.

“15 февраля. Спал плохо. Снятся кошмары. Змеелицый всё время шепчет что-то и смеётся. Я не понимаю его, он шипит как змея.”

“17 февраля. Ну чтож, Он сказал, что скоро я уйду. Страха нет, ибо я готов. Я уже много жил и давно готов покончить со всем этим. Главное, что вернётся мой сын. Он уверил меня, что всё пройдёт гладко и все забудут про аварию, забудут, что Игорь умирал. Для них он всегда был жив. Кто Он такой? Нет. ЧТО он такое вообще?”

“18 февраля. Сердце болит всё сильнее и силы начали оставлять меня. Так много я не успел, старый дурак. Надо было всё подготовить, рассказать Артёму о его роли. Документы на дачу уже готовы, нотариус сделает всё как надо. Трость будет в руках моего внука, сына моего сына. Кровь притянет кровь. Особенно кровь такого молодого человека как мой внук. Я его почти не знаю, забыл совсем. Пытаюсь вспомнить, но в голове только образ моего маленького Игоря. Скоро, сынок, скоро.”

“19 февраля. Пора. Мне достанет мужества и на этот раз. Артём, удачи! Я верю в тебя!”

Артём отложил ежедневник и понял, что его сейчас попросту вырвет. Он и не подозревал насколько плохо было его дедушке перед смертью, ведь было ясно, что он сошёл с ума окончательно. Галлюцинации, какие-то маниакальные идеи. Господи, да где всё это время был дядя Сергей? Куда он смотрел? Почему-то на парня навалилось ощущение какой-то безысходности, во рту появился какой-то затхлый привкус. Захотелось выйти на улицу и дышать так часто и так глубоко, чтобы убрать из головы эти мрачные мысли.

∗ ∗ ∗

Артём проснулся из-за позывов переполненного мочевого пузыря. В спальнике было так тепло и уютно, а на улице стояла темень и, наверняка, пронизывающий холод ночи ранней весны. Он старался отгонять от себя мысли о малой нужде, но получалось это не очень хорошо. Наконец, он смирился и понял, что ему всё равно придётся выбираться из своего уютного логова.

Весенняя ночь не разочаровала парня в его ожиданиях. Дул порывистый холодный ветер, который прогонял всю сонливость и мотивировал ползти до сортира как можно быстрее. Именно это Артём поспешно и сделал. На обратном пути парень шёл и ругал проектировщиков дома, что те не учли такую обыденную вещь как туалет в доме. Ну разве сложно было бы как-нибудь выделить отдельную комнату для санузла.

На обратном пути парень продолжал зевать, пока в один момент не остановился как вкопанный. Перед входной дверью дачи кто-то стоял. Лампочка на крыльце лишь очерчивала его силуэт, но разглядеть его не получалось никак. Неизвестный встал так, чтобы оказаться на границе света и тьмы.

— Эээм, простите, а Вы кто? - неуверенно спросил Артём. Остатки сонливости в момент слетели с него. В голову сразу начали лезть мысли про бомжей, которые забираются на ночёвку в чужие дачи. Парень вспомнил, что читал в где-то статью о том, как такой бездомный спалил чью-то дачу, решив там заночевать.

Силуэт стоял молча. Артём так сильно напрягся, что даже не замечал пронизывающего холодного ветра, от которого неизвестный слегка покачивался. Может это сторож пришёл выпивши? Да вроде этот повыше будет.

— Кхм, Вы там в порядке? Это вообще-то частный участок, вам нельзя здесь находиться, - более решительным тоном сказал Артём.

И тогда неизвестный заговорил. Артём подумал, что лучше бы тот молчал, потому как слова разобрать было невозможно, а интонации голоса были такими рваными и неестественными, что у парня по спине пробежал холодок никак не связанный с холодной погодой.

— Приш… при… тут… …дно, - прогворил неизвестный. А потом вдруг пронзительно закричал таким утробным воем, что Артёму заложило уши. Впрочем, это было наименьшим из бед, потому как неизвестный зашатался от своего вопля и сделал пару шагов назад. Под свет лампочки на крыльце.

Из одежды на нём был какой-то растрепанный костюм и на этом всё, местами порванный он обнажал какую-то серую бледную кожу. Худые длинные руки слегка раскачивались и парень заметил, что по длине они спускаются ниже колен субъекта. Но лицо было самым страшным. Как только он его увидел, Артём понял, что больше никогда не сможет называть себя здоровым и адекватным человеком. Серая кожа, белёсые зрачки глаз, и перекошенная челюсть. Лицо лишь отдалённо напоминало человеческое потому как голова была неестественно вытянута и перекошено, напоминало какой-то кабачок неправильной формы.

Артём вдруг понял, что сейчас между ним и этой тварью ничего не было. Никакой преграды, чтобы защититься от существа. В руках не было оружия. Не было ничего. Сердце заходилось в груди бешеными скачками, к горлу подкатывала тошнота. Впрочем, в тот момент когда существо начало делать первые шаги по направлению к нему, Артём уже вовсю бежал прочь. Заполненный паникой мозг всё же сообразил, что здание бани выглядит единственным более-менее подходящим укрытием от этой твари и именно туда Артём и побежал. Он никогда не был хорошим бегуном, но сейчас он преодолел это расстояние до здания за считанные секунды, ещё мгновение ему понадобилось, чтобы закрыть дверь на железный крючок. Спустя буквально пару мгновений он расслышал частые шаги босых ног по земле, потом раздался страшный удар по двери.

— Кро… Я приш… пришоооооооол, - завывала тварь. Артём скулил ей в унисон изо всех сил удерживая дверь и не позволяя этому существу потянуть её на себя.

Парень всё убеждал себя, что он просто переутомился за работой, заснул и вот теперь ему снится такой дурацкий сон. Тщетно он пытался заставить себя проснуться, тщетно взывал к голосу разума и рациональности, ничего не помогало. Что-то ужасное и непостижимое бесновалось за дверью бани и стучалось в её двери.

— Крооооооооовь звалаааааааааааа, - ужасные вопли буквально оглушали парня. Тварь вопила так, словно не умела говорить и постепенно пыталась это сделать.

Зубы парня стучали друг о друга, а поджилки тряслись так сильно, что парень подумал, что ещё немного и он просто потеряет нафиг сознание от ужаса прямо здесь. Сходил блять поссать на ночь глядя! Впрочем, тварь постепенно сбавляло свой натиск и стук в дверь становился слабее. Может ей надоест и она уберётся туда, откуда вылезла? Словно бы подслушав его мысли, существо прекратило завывать и наконец стихло. Оно не пыталось говорить, не пыталось больше прорваться к парню. Однако, оно всё ещё было там, Артём хорошо слышал сиплое дыхание и какие-то икающие звуки, издаваемые этим существом.

Затем раздался звук шлёпающих шагов, который начал отдаляться от бани и постепенно стих. Однако, Артём по-прежнему крепко держал ручку двери, ни одна сила в мире не заставила бы его сейчас разжать руки и отпустить дверь. Вдруг тварь специально сделал вид, что ушла, выманивая его из укрытия. Боже ты мой, да это вообще какой-то бред, откуда тут могла взяться такая страхолюдина. Не бывает монстров в жизни, их удел это сказки для детей на ночь и фильмы ужасов. Не бывает так в жизни, что какая-то неведомая тварь подстерегает тебя по дороге из туалета на твоей же даче. Не бывает!

Постепенно дыхание приходило в норму и ритм сердца стал успокаиваться. Артём прислушивался как мог, но расслышать что-либо ему не удалось, никакого намёка на то, что только что по двору дачи носилось непонятное существо, выглядещее как какое-то чудовище из кошмаров. Словно бы это был лишь морок, какой-то фантом, привидевшийся ему. Артём не взял с собой телефона, оставил дома наручные часы и потому не знал сколько сейчас времени. Всё, что он мог сказать по этому поводу это то, что стояла ночь и непонятно было сколько там до рассвета. Ведь все знают, что чудовища уходят с первыми лучами солнца. Ведь уходят?

Артём стиснул зубы и протянул дрожащую руку к крючку, закрывшему дверь. Пора было проверить есть ли ещё угроза. Впрочем ему не пришлось сильно напрягаться. Раздались громкие звуки откуда-то сверху и Артём с содроганием понял, что тварь забралась на крышу бани. Все надежды на то, что это был какой-то правдоподобный глюк теперь испарились. Когда потолок сотрясся от удара и снаружи раздался громкий звук разбившегося шифера, парень понял, что тварь пробралась внутрь и ему надо спасаться. До того момента как он резким движением сбросил крючок и распахнул дверь, Артём успел увидеть две худые, серые ноги свесившиеся из люка в потолке, ведущего на чердак бани. Утробный вой твари настиг парня, когда тот бежал сломя голову к дому. Он услышал как отлетела в сторону дверь бани, как по земле снова раздался звук шлепанья босых ног, когда его собственные руки уже открывали дверь дома. Артём знал, что не надо смотреть в ту сторону, не надо ему видеть эту тварь, но не смог удержаться. Она бежала к нему, завывая как голодный зверь и выкрикивая непонятные слова. Парень видел длинные руки, раскинутые в сторону, словно бы намеревались обнять его, ошмётки костюма, грязные босые ноги с огромными ступнями. Этой твари не должно было существовать в этом мире. Просто не могло.

Парень захлопнул дверь и успел задвинуть засов. Снова раздался звук кулаков твари, барабанящих по двери.

— Зваааааааалааааа! Йааа пришооооооол! Оооооооооотпустииииииииии! - утробный вой снова раздался за дверью, оглушив парня. Он оступился и упал на задницу прямо перед дверью внутрь помещения. Артём ощутил запах тухлого мяса, доносившегося из-за двери. Забежав в дом, он не смог сдержаться и просто блеванул прямо на пол кухни.

— Господи. Господи. Господи, - повторял парень, истерично икая над лужей собственной рвоты. Из-за сильнейшего стресса его так трясло, что зубы просто стучали друг о друга, а руки никак не могли закрыть дверь, чтобы хоть как-то заглушить эти звуки долбящейся внутрь твари.

— О нет, там снаружи отнюдь не господь, - раздавшийся голос заставил Артёма буквально подскочить на месте. Резко обернувшись, он увидел зрелого мужчину в костюме тройке, сидящего прямо на кресле деда, закинув ногу на ногу и покручивая в руках трость. Ящер на оголовье трости сверкал зелёными глазами, источая зелёное свечение. Артём был так напуган и сбит с толку, что не сразу узнал Павла Владимировича, который недавно приходил к ним домой.

— Вы здесь? - недоумённо спросил парень. - Господи, Вы видели, какая там тварь снаружи!

— О да, конечно я его видел, - медленно проговорил Павел Владимирович. Голос его был спокоен и тих, но Артём отчётливо слышал каждое его слово. Мужчина поставил трость перед собой и парень снова увидел как тусклый зелёный свет исходит из глаз ящера.

— Но как Вы тогда…, - Артём не закончил свою фразу. Теперь когда он более-менее успокоился и страх слегка отступил, голова вновь обрела способность соображать. Как этот мужчина смог бы приехать сюда незамеченным? Артём бы непременно услышал звук машины, когда сидел в бане, укрываясь от твари. Одежда его была чиста, а значит и пешком он сюда тоже не приходил.

Догадка словно вспышка озарила сознание парня, но отнюдь не принесла ему облегчения. Он почувствовал как ледяная рука сжимает сердце и проговорил:

— Это про Вас писал дедушка. Это за Вами он пошёл на перекрёсток, - странно, но голос у него не дрожал, хотя страх полностью заполнил всё его существо. Артём никогда не считал себя верующим, всегда скептически относился ко всему иррациональному и сверхъестественному. Он бы никогда не поверил в существование жуткой твари, которая бы выла таким страшным образом и шаталась ночью по дачным участкам. Он бы никогда не поверил, что мужчина может появиться в комнате так, что никто не смог бы увидеть как он пришёл. Не поверил бы до этой ночи, ибо суровая реальность предстала перед ним во всей красе и парень почувствовал как его сознание уплывает куда-то прочь. Сердце стучало где-то за ушами, снова затошнило, но блевать уже было нечем.

Тогда Артём начал читать “Отче наш”. Он толком не знал этой молитвы, но всё равно начал говорить те слова, что запомнил.

— Помилуйте, молодой человек, не будьте так банальны. Молитвы вам не помогут, увы, - Павел Владимирович улыбнулся холодной улыбкой. - Видишь ли, Артём, ты действительно правильно догадался когда сказал, что твой дедушка вызвал меня на перекрёстке. Уж не знаю где он достал те рукописи и как смог всё подготовить, но, признаю, упорства ему не занимать, сделал он всё в лучшем виде.

— Вы говорили, что Вы его друг, - пролепетал Артём. - Говорили, что подарили ему трость.

— Ну, насколько ты догадался, трость я и вправду ему подарил. Был ли я ему другом? Чтож, это непростой вопрос. Наверное, правильный ответ: и да, и нет. Да, потому что я очень старался отговорить его от той задумки, что пришла в его больную голову. Нет, потому что в итоге сделал то, что он хотел. Самое смешное, старик сам не понимал на что он обрекает себя и, вдобавок, тебя, Артём, - голос Павла Владимировича был ровным и бесстрастным. Словно бы они не находились сейчас на отдалённой даче, на пороге которой бесновалось чудовище, а просто встретились обсудить последние новости.

Дрожащими ногами Артём прошёл в кабинет деда. Он уже понял, что боятся Павла Владимировича не стоило. Кем или чем бы он ни был, вроде как злого умысла относительно парня у него не было.

— Кто это? - спросил Артём. Как раз в этот момент раздался особенно сильный грохот от удара о дверь, да такой что казалось сотряслись стены.

— Ооо у твоего нового друга, есть множество названий. Некоторые народы называли подобных существ драуграми, другие вурдалаками. Но это всё слова, суть одна и та же. Телесная оболочка, лишённая души и сознания, пробуждённая извращёнными способами, нарушившими естественный ход вещей, заполненная осколками бывшего естества человека. Такие твари не могут существовать под солнцем живых, Артём. Они усиленно хотят вновь обрести покой и сделают для этого всё, что только возможно, - спокойным голосом ответил Павел Владимирович. Он пристально смотрел на парня и под этим взглядом Артёму становилось неуютно. Он чувствовал себя маленьким насекомым на наблюдательном стекле этого мужчины.

— Господи, Павел Владимирович, прошу Вас помогите мне. Я всё что угодно сделаю, буду век Вашим должником, только спасите меня умоляю. Ведь эта тварь пришла за мной да? Дедушка ведь нечаянно её пробудил своим ритуалом?! - парень внезапно понял, что очень хочет пережить эту ночь. А потом прожить ещё долгую и счастливую жизнь, лишённую подобных тварей за порогом. Сейчас всё указывало на то, что единственным шансом выжить для парня был именно Павел Владимирович.

Когда раздался звон разбившегося стекла, Артём вскрикнул и тут же метнулся куда-то в угол кабинета. На кухне послышались завывания твари и звуки возни, как будто бы кто-то большой лезет в окно. Когда в дверном проёме появилось существо, парень был близок к обмороку. Высоченная тварь с длинными руками и ногами, со своим перекошенным лицом заглядывала в комнату и утробно выло:

— Ооооооотпустиииииииии!

Павел Владимирович стукнул тростью о пол и глаза ящера вспыхнули красным светом. Тварь словно бы наткнулась на невидимую стену и отскочила назад. Артём услышал всхлипы и стенания существа, словно бы то испытывало боль. Впрочем, Артём и сам стенал ничуть не хуже, упираясь спиной в угол комнаты.

— Да сделайте с ним что-нибудь! - вскрикнул парень, чувствуя как паника захлёстывает его с головой.

— Я бы рад, Артём, но не могу, - сказал Павел Владимирович. - Увы, он не успокоится пока не доберётся до Вас, такова цена за ошибку вашего дедушки. Твоя мама довольно истеричная женщина без царя в голове, но насчёт Николая Борисовича она была права. Он действительно стал больным человеком, смерть сына Игоря подкосила его. Не мог он простить себя за ту ссору с ним, считал себя виноватым. Хотя виной смерти его сына послужил просто трагический несчастный случай. Он захотел спасти своего сына и вернуть обратно, даже сумел совершить довольно сложный и страшный ритуал, стоивший ему жизни. Вот только он так и не понял, что его сын уже не мог вернуться в своё тело и остаться прежним.

Артём хотел выругаться и крикнуть что-то, вид твари мельтешащей совсем рядом, никак не настраивал на дружелюбный лад, но осёкся на полуслове. Дедушка хотел вернуть отца, он хотел, чтобы тот вернулся в мир живых. Он заключил договор с Павлом Владимировичем, кем бы тот ни был, совершил ритуал и… получается его сын вернулся. В голове всплыли слова о том, что трость будет как маяк для души Игоря и что родная кровь притянет его. Детали пазла сложились в единую картину и Артём понял, что смеётся. Он просто хохотал, чувствуя как слёзы текут по его щекам. Ведь это его покойный родной отец гонял своего сына по даче, это он хотел сейчас добраться до него, чтобы совершить что-то нехорошее. Павел Владимирович сказал, что он рвётся к покою и что ничто не остановит его на пути к нему. Вот только, что нужно сделать ожившему, кошмарно искажённому трупу, чтобы снова обрести покой?

— Вижу ты догадался, кто стал твоим неожиданным гостем, Артём. Увы, ты прав, это твой покойный папа. Ну, вернее его оболочка и что-то наподобие истерзанной и искажённой души в ней. Твой дедушка сам того не ведая, сделал для своего сына лишь ещё хуже. Бездарный он был отец, если честно. Жуткий эгоист, который переживал только о своих чувствах. Тем самым и тебя теперь подставил замкнув ритуал на тебя этой тростью. Я хотел её забрать тогда в квартире, но ты не отдал. Возможно, тогда это тебя спасло бы. На время, - Павел Владимирович поднялся на ноги. Он явно собирался уходить и Артём понимал, что как только это случится, то барьер для твари исчезнет и он останется с ней один на один. Нельзя было этого допускать.

— На время? - спросил парень. Он прикидывал расстояние до ближайшего окна, раздумывал о том сможет ли выпрыгнуть в него. Вырваться из дома и бежать изо всех сил к сторожке, там был хоть и бухой, но живой человек, а значит шанс на спасение. Жаль только забыл где телефон оставил, сейчас во всей это круговерти, найти его уже было нереально.

— Трость была своеобразным маяком для души твоего отца, призываемого в тело. А твоя кровь была той силой, что подпитывала этот маяк. Без этого, возможно душа Игоря продолжила бы слоняться где-то между мирами и так и не нашла бы пути в мир живых. Ну или искала бы эту дорогу очень долго. Так долго, что ты бы уже состарился и умер сам, освободив своего отца от проклятия. А теперь ему придётся убить тебя, чтобы разрушить ту цепь, на которую по своему неведению его посадил твой глупый дед. Мне жаль, Артём, но ты не переживёшь эту ночь.

Парень увидел как образ Павла Владимировича начал тускнеть и растворяться. На лице у него была ободряющая улыбка, но в глазах стоял лёд. Дед по своей глупости посадил на цепь и это неведомое существо, связав его узами договора. Теперь ОНО обрело свободу и могло уйти, оставив тварь наедине с жертвой.

Артём увидел как исчезла фигура мужчина, как сверкнули напоследок глаза ящера и сразу же начал действовать. Он рванул к ближайшему окну, проигнорировав вой твари, почуявшей что барьер спал. Ударом ноги он разбил раму, а потом с небольшого разбегу протаранил остатки окна. Руку парня пронзила резкая боль, скорее всего порезался об остатки стекла, но это было неважно, главное вырваться на свободу. Артём почувствовал землю под ногами, когда неведомая сила схватила его за волосы и одним резким рывком втянула его обратно в дом. Парень истошно вопил и пытался отбиваться, но мёртвая плоть не чувствовала боли.

— Папа нет! - крикнул Артём, чувствуя на себе холодные пальцы трупа. Ужас обуял парня, он кричал и пытался вырваться, но ничего не мог поделать. Хватка у ожившего отца была железной.

— Крооооооооовь! - вопила тварь, обрушивая свои руки на парня. Кулак мертвеца снова и снова обрушивался на лицо парня, превращая его в кровавое месиво.

Артём уже не чувствовал боли, когда взор его замутнился и тьма поглотила всё вокруг.


Текущий рейтинг: 53/100 (На основе 11 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать