Карлик (Г. Гессе) (отрывок)

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск

Задолго до моего рождения, когда отец мой жил ещё в Византии, с ним произошёл один удивительный и необычайный случай. Тогда он зарабатывал на жизнь искусством врачевания и давал советы во всяких трудных случаях. Врачеванию и магии он обучался в Сирии у одного перса и был большим знатоком этих великих наук. Но, поскольку отец мой был человек благородный и добился всего не обманом, не угодничеством, а только лишь искусством, то пережил из-за зависти мошенников и шарлатанов много бед и долго искал возможности вернуться домой. Но возвратиться мой бедный отец хотел не раньше, чем скопит на чужбине хотя бы небольшое состояние, ведь он знал, что дома родные терпят нужду. Чем меньше улыбалось ему счастье в Византии, в то время как иные мошенники и неумейки без труда обогащались, тем печальнее становился мой добрый отец и почти потерял надежду поправить свои дела, не прибегая к шарлатанству. Впрочем, больных у него всегда было много, и многим он спасал жизнь. Но люди эти были бедные и обездоленные, и он стыдился брать с них за свою помощь больше, чем самую малость.

Положение его стало настолько плачевным, что он уже решился было покинуть город без гроша и пешком или поискать службу на корабле. И всё же он отложил отъезд ещё на месяц, к чему его склоняли и астрологические приметы, предсказывавшие ему в ближайшее время счастливый случай. Но и этот месяц миновал, а ничего подобного не произошло. В последний день, вконец отчаявшись, уложил он свои убогие пожитки, чтобы уйти следующим же утром.

Последним вечером бродил он вдоль берега моря за городской чертой и готов уже был окончательно утвердиться в мысли, что все его надежды оказались напрасны. Солнце давно зашло, и звёзды уже разлили свой бледный свет над спокойным морем.

Вдруг совсем близко отец услышал громкий жалобный стон. Оглядевшись вокруг и никого не видя, он сильно испугался, восприняв это как плохой знак перед отъездом. Когда плач и стоны повторились ещё громче, он набрался духа и крикнул: «Кто здесь?» В это мгновенье у берега послышался плеск. Он обернулся и увидел в слабом мерцании звёзд светлый силуэт. Решив, что это потерпевший кораблекрушение или купальщик, он поспешил туда и вдруг с изумлением увидел прекрасную белоснежную морскую деву, вышедшую по пояс из воды. Но кто опишет его удивление, когда нереида обратилась к нему с вопросом:

– Ты греческий маг, живущий на Жёлтой улице?

– Да, это я, – ответил он дружелюбно, – что Вам нужно?

Тогда юная русалка вновь заплакала, заломив свои прекрасные руки, и среди многочисленных жалоб услышал мой отец просьбу избавить её от тоски и приготовить ей крепкий любовный напиток – потому что она «гибнет, тщетно мечтая о возлюбленном». Её прекрасные глаза смотрели так жалобно и печально, что тронули его сердце. Он тотчас решил помочь, но прежде спросил, какой будет благодарность. Тогда она предложила ему жемчужное ожерелье, такое длинное, что женщина могла бы восемь раз обернуть его вокруг шеи.

– Но этот подарок, – сказала она, – ты получишь не ранее, чем я увижу действие колдовства.

В силе своих чар отец не сомневался. Он поспешил в город, развязал уже приготовленный узел и приготовил желаемое зелье так быстро, что уже в полночь стоял на берегу, где его ждала русалка. Он передал ей маленькую склянку с бесценным зельем, и она, осыпая его благодарностями, велела явиться следующей ночью за обещанной платой. Отец ушёл и провёл остаток ночи и день в тревожном ожидании. Ничуть не сомневаясь в силе и действии напитка, он не знал, сдержит ли слово морская красавица. С этими мыслями встретил он ночь на старом месте. Скоро в волнах появилась и морская дева.

Невозможно передать ужас, охвативший моего бедного отца, когда он увидел последствия им содеянного! Когда нереида, смеясь, подошла ближе и передала ему жемчужное ожерелье, на руках её он увидел труп необычайно красивого юноши. Отец узнал в нём по платью греческого моряка. Лицо его было мертвенно-бледно, кудри лизали волны. Русалка нежно прижимала юношу к себе и покачивала на руках, как маленького мальчика.

Увидя это, отец мой возопил и проклял себя и своё искусство. Русалка в сей же миг скрылась в глубинах вместе со своим мёртвым возлюбленным, оставив на песке жемчужное ожерелье. Увы, несчастью помочь было уже никак нельзя. Отец взял ожерелье и принёс его под одеждой в дом, разорвал и решил продать жемчужины по одной. Выручив деньги, он сел на корабль, идущий на Кипр, в уверенности, что навсегда избавился от любой нужды. Однако обладание деньгами, обагрёнными кровью невинного, обернулось для него неисчислимыми несчастьями. Штормы и пираты отняли всё его состояние, и на родину он вернулся только два года спустя потерпевшим кораблекрушение нищим.


Герман Гессе


Текущий рейтинг: 56/100 (На основе 22 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать