Аудиосёрф

Материал из Мракопедии
Перейти к: навигация, поиск
Pipe-128.png
Эта история была написана участником Мракопедии в рамках литературного турнира. Пожалуйста, не забудьте указать источник при использовании.

Твою же мать!

Балаш вляпался знатно и знал об этом. Дрожащие пальцы пытались нащупать в разгрузке уже хоть какую-то кассету, бог с ней с нужной. Да поди ж ты хоть пальцем пошевели, когда вокруг то ли три, то ли четыре наседки. И каждая своё вторит: «Направо беги, собака!», «Сиди, не дёргайся, дружок!», «По-с-с-с-мотри навер-р-р-х». То, что ничего из предложенного делать было нельзя, парень знал, но, попав под такой ментальный пресс он не мог делать вообще ничего. Раньше он встречался, ну... с двумя, наверное, максимум, наседками, да и то вместе с другими сёрферами. И тогда еле ноги унесли, надо сказать.

Надо было что-то решать и быстро. Ни прикусывание языка, ни задержка дыхания – словом, ни один из расхожих способов избавиться от морока не работали. Тогда Балаш сделал единственное, что пришло в голову:

ДЖАСТ ГОННА СТЭНД ЗЭР!

Руки, кажется, начали слушаться, а парень кричал, что есть мочи

ЭНД ВОЧ МИ БЁРН!

Вот, кажется, нужная кассета нащупана и медленно-медленно поплыла к плееру с чудаковатой надписью ШАГКМАИ (или как-то так).

ВЕЛЛ ЗЕЦ ОЛРАЙТ!

Щёлкнула крышка, щёлкнула клавиша и в уши полилась музыка на незнакомом языке. На этот раз, кажется, пронесло, но расслабляться было рано.

∗ ∗ ∗

Что?

На уши, говорю, приседают. Потому и наседки.

До Балаша долетел сигаретный дым от пожилого мужчины, сидящего рядом с ним. Сделав ещё одну затяжку он продолжил.

Как начнут тараторить: «Сделай то», «сделай это», «спой петухом», «стань цаплей» и всё, считай пропал, парень. Тут уж сразу когти рвать надо или сёрфиться.

А что они, действительно на уши садятся? – недоверчиво спросил Балаш?

Да хрен их знает, никто ж их не видел. Нет, наверное, у них же – мужчина задумался, припоминая мудрёное слово – ментальное воздействие. И для значительности поднял указательный палец. Потом сплюнул, затушил бычок носком ботинка, и сказал:

-- Ладно, пойдём. Тут недалеко осталось.

∗ ∗ ∗

Вообще-то сёрфить, конечно, имело смысл на какой-то продолжительный период времени, но Балаш использовал то, что на профессиональном сленге называлось «стоп-краном».

Вообще-то предполагалось, конечно, что песня доставит тебя в хотя бы относительно безопасное время (а уж о месте ты должен позаботиться сам).

Вообще-то обычно так и было, но не в этот раз. В своём грязном комбинезоне и гремящей разгрузке он бухнулся прямо в толпу каких-то радостных людей. Такое же настроение было в убежище, когда возвращались поисковые партии или рождался кто-то новый, но Балаш знал, что раньше у людей было принято радоваться и по меньшим поводам. Относился он к этому двойственно: вроде как и хорошо, когда радоваться можно больше, но ведь, с другой стороны что же это за праздник такой без достойного повода?

Впрочем, так или иначе он к этому относился в спокойной обстановке. Сейчас же на него как-то нехорошо поглядывыли люди в одинаковой одежде, а кто-то уже тянулся не то за оружием, не то ещё куда-то.

И парень побежал. Уж что-то, а бегать он умел что надо. После секундного раздумья он бросился наперерез толпе: так, конечно, успеет пройти меньше, но и людям в одинаковой одежде так сложнее. А уж за четыре минуты он успеет дать дёру от наседок. «Тут ведь много не надо» -- вспоминал он слова старших товарищей – «из поля зрения выпасть, да затаиться потом. Прессуют они мощно, но интерес теряют быстро».

Прижав ладони к ушам бежать, конечно, неудобно, но уж лучше получить удар локтём под рёбра, чем дать наушникам выпасть из ушей. А в конце, безопасности ради, лечь, прижать ноги к груди, и ждать с последними нотами музыки, обратного сёрфа.

∗ ∗ ∗

Выбора, в общем, особо и не было, по крайней мере у мужчин. В убежище кто был? Сёрферы и остальные.

Чем занимались первые? Ходили поисковыми партиями и вытаскивали по крупицам что-то полезное.

Чем занимались вторые? Верно, ничем таким, что им бы могло понравиться.

Да и Ася так смотрела на сёрферов, возвращавшихся с поисков, что у Балаша никаких сомнений не осталось: надо идти.

И работа ведь была на словах простая: отошёл подальше от убежища, включил музыку – и ищи себе. На деле, конечно, за стенами были и наседки, и гугожи, и буки и бог ещё знает кто ещё. Но благодаря правилам, написанным кровью – на этих словах бывалые сёрферы обычно вздыхали и делали паузу – в большинстве случаев было ясно, что делать. Благодаря этим правилам, а ещё (это слово Балаш всегда долго вспоминал) серверу с чудом сохранившимся (это тоже) сайтом со страшной рожей в углу. Вообще-то на сайте со страшной рожей было много ерунды, но и дельные вещи попадались, особенно в разделе инструкций.

Словом, дело шло потихоньку, до сегодняшнего дня.

∗ ∗ ∗

Обратно Балаш попал когда уже смеркалось. Такое бывало – то ли из-за дефекта плёнки, то ли из-за устройства воспроизведения.

Первым делом сёрфер осторожно стянул с себя наушники и, оставаясь в позе эмбриона, прислушался. Больше к своим мыслям, но и к окружающим звукам тоже.

Было похоже, что сёрф во времени сыграл ему на руку. От места, где его прижали наседки он убежал метров на сто, но, видимо, за те несколько часов, что прошли со времени его исчезновения, они потеряли интерес и отправились искать кого-то ещё.

«Вот и славненько, вот и хорошо» -- подумал Балаш. Можно было передохнуть да возвращаться на маршрут.

Он достал планшет и начал считать. На планшете лежала цветная карта с пометкой «2007», а над ней – несколько полупрозрачных слоёв бумаги с другими датами, вплоть до «2025». Они все имели отвертие в левом верхнем углу, за которое и крепились к планшету таким образом, что изображения можно было накладывать друг на друга.

По всему выходило, что надо бы пройти ещё километра... два, найти рюкзак со снаряжением да сёрфить по нужным координатам. Ну что же, сказано – сделано.

И почти всю дорогу всё было хорошо, пока в нос сёрферу не ударил резкий запах, заставивший его броситься на землю и замереть без движения. Его ни с чем не перепутаешь – да вон и шелест крыльев слышен. Непонятно, помогает ли затаиться, но бежать совершенно точно было вариантом проигрышным. В штуке этой летающей опасным было то, что она и сама была, в отличие от тех же наседок, вполне осязаемой, и вред наносила такой же – физический, самый что ни на есть материальный. И если после ментального (указательный палец для важности вверх) воздействия ещё как-то можно было прийти в себя, то коли тебя цапнут – всё брат, считай не жилец. По крайней мере без напарников.

Так бы и лежать Балашу, с облегчением слушая шелест скрывающихся крыльев, если бы не шаги маленьких лапок.

Цок. Цок-цок-цок. Цок-цок.

Если бы и можно было описать тот ужас, который у сёрферов вызывали эти звуки...

«Чёрт, споткнулся»

...то как это сделать на письме?

«До рюкзака метров двести. В обход безопасней, да уже некогда».

Цок-цок.

Что-то упало совсем близко. Что-то слишком массивное, такое, знаете, что-то вроде куска каменной кладки.

Цок.

«Так, теперь развернуться... Получай, пидор летающий».

Сёрфер, подивившись своей ловкости и наглости отвесил оплеуху летающему существу, которое пикировало прямо на него.

Цок-цок-цок.

«Так, теперь, пока этот не очнулся – к рюкзаку и в сёрф».

Теперь отдельные шаги было не различить – они слились в сплошной гомон. Балаш торопливо накидывал на себя рюкзак и включал плеер, когда жвалы впились в его ногу.

∗ ∗ ∗

В убежище работать в общем-то было неплохо. Так периодически думал Балаш, возвращаясь из особенно жутких передряг.

Да, рутинная работа: ямы выгребные чистить, на огородах корячиться. Но не лучше ли это, чем риск быть сожранным чем-то непонятным? Или лес этот случайный. Раньше парень думал, что это так, пугалки для новичков. Но когда его плеер зажевал плёнку и выдал совсем уж несуразную какофонию звуков и отправил его вместо 2014 в какое-то жуткое место с гигантскими деревьями и странными животными, то скепсис как-то сам собой прошёл. Он уже мысленно попрощался со всеми: и с Асей, и с неприветливым соседом Рыжим, который хоть и жил бирюком, но был нормальным, в сущности, мужиком, и с Прохором – словом, со всеми, кого знал. Попрощался, потому что те пятнадцать секунд в его жизни были, пожалуй, самыми жуткими. Потом, конечно, всё наладилось, плеер заработал как надо, в ушах вместо жуткой какофонии знакомый голос завёл «Мне скучно жить...» и он попал куда надо... Всё наладилось и он даже успел что-то утащить, но его долго потом отпаивали чем-то горьким и крепким, а Ася нежно перебирала волосы семнадцатилетнего парня с первой сединой. Тогда он всерьёз думал всё бросить.

∗ ∗ ∗

Балаш вывалился где, и, что самое главное, когда надо. Нога пульсировала болью, но это ничего, это дело поправимое. Достаточно достать из рюкзака шприц с обезболиваюм, найти нужное место – вот так! – да уверенно ввести содержимое. Отлично, а теперь, когда боль отступила, можно и перевязать рану. О яде думать бесполезно – даже если он и был, то антидота в снаряжении не было. Так что не думать надо, а действовать.

Переодеться в одежду, более соответствующую времени. Наушники пластырем прикрепить к ушам, да поплотнее. Снаряжение – в рюкзак. Свериться с картой и двигаться в сторону... как, бишь, его... магазина, во.

Место сёрфер нашёл быстро. Да и трудно было его не заметить – не смотря на ночь в витринах горел свет. Оглянувшись по сторонам парень достал пристёгнутый к рюкзаку внушительных размеров молоток и, размахнувшись, разбил стекло в первой двери. Счёт пошёл на минуты.

Перепрыгнуть, разбить второе стекло, перепрыгнуть ещё раз. Оглянуться по сторонам. Телевизоры – вещь бесполезная, по крайней мере пока. Ноутбуки – уже лучше, но он пришёл не за ними. Наконец, в дальнем углу он заметил то, за чем пришёл.

Не разбираяясь в моделях, а просто разбивая витрины, которые были ближе к нему, Балаш начал сваливать в рюкзак телефоны, наушники, плееры – словом, всё то, что могло пригодиться в вылазках. Считать время смыла не было – в наушниках играла музыка он выделил себе время до последнего припева. Вот, пожалуй, и пора.

Наскоро застегнув рюкзак и накинув его на плечи он едва успел заметить руку, которая стремилась ухватиться за провод и выдернуть наушники.

«Да что же я везучий такой» -- подумал он – «то лес, то контрсёрферы».

∗ ∗ ∗

Достоверно никто не мог сказать, когда они появились. Просто сначала не вернулся один, второй, а третий – вернулся и рассказал, что на вылазке встретил сёрфера, который стремился помешать ему. А потом четвёртый и пятый.

Выходило, что где-то (когда-то?) есть люди, которые знают время и место их вылазок, по крайней мере некоторых, и стремятся им помешать. Зачем и почему никто не знал, да и некогда было расспрашивать этих агрессивных, одетых в снаряжение не в пример лучше обычных сёрферов людей. Хорошо, если удавалось ноги унести. А если нет, то... никто, в сущности, не знал, что. Наверное, эти молчаливые фигуры утягивали поисковиков в своё время для чего-то. Для чего-то плохого, судя по тому, что в переговоры они не вступали, а били сильно и со знанием дела.

∗ ∗ ∗

Долго Балаш не думал. Пробежал полтора шага, ткнул плечом фигуру перед собой, которая осела на пол скорее от неожиданности, чем от силы удара. Сделал два прыжка сквозь разбитые стёкла. Жаль, конечно, что не слышно, бежит ли за ним кто, да оглядываться некогда. Тем более некогда, что уже видны за поворотом красно-синие огни. Это значит, что обратно, к точке входа нельзя – поймают. Значит – по запасному путит, через дворы.

Метров через двадцать его догнали. Хорошо догнали, с умением, умудрившись на бегу ударить по раненой ноге молотком, который он обронил в магазине. Балаш упал, стесал щёку об асфальт, перевернулся на спину. Над ним стояла та же фигура, что и в магазине. Ну, как стояла – заносила молоток для нового удара. Вариантов, пожалуй, не было. Сёрфер потянулся к плееру и выключил музыку.

∗ ∗ ∗

Плееры, наушники и прочая электроника, конечно не были самоцелью. Хотя и ценные сами по себе, они нужны были, чтобы сделать труд сёрферов более простым, а вылазки – более длинными. В длинные вылазки ходили самые опытные. Эти уже не за оборудованием охотились, а за информацией. Не проживёшь ведь всю жизнь в убежище, которое могло дать кров лишь ограниченному количеству людей. А раз так – над было понять, что случилось. «Кто виноват и что делать», как сказал как-то Рыжий.

∗ ∗ ∗

Пришёл в себя Балаш опять в сумерках. То ли провалялся без сознания целый день, то ли опять со временем что-то чудное приключилось. Ну, первым делом – проверить себя. Нога конечно, болит, но стоять, вроде как, можно. Ходить тоже. Теперь – проверить рюкзак. Что-то, похоже, поломалось, но в основном всё путём. Даже лучше, чем путём, утащить получилось порядочно. Изрядно повеселев Балаш принялся было ориентироваться для обратной дороги – далеко от убежища занести его не могло – но тут увидел его.

Неестественно высокий он стоял метрах в пятидясети и, казалось, наблюдал. Достоверно сказать было нельзя – ну как можно сказать, смотрят на тебя или нет, если у смотрящего нет лица?

Сёрфер знал, что бежать или прятаться смысла нет. Не было напарника, который мог бы отвлечь, не было возможности быстро добраться до убежища. Ничего не было, кроме единственной возможности.

Балаш встал, отряхнул зачем-то одежду и сделал шаг навстречу фигуре, которая неожиданно зарябила.


Текущий рейтинг: 41/100 (На основе 28 мнений)

 Включите JavaScript, чтобы проголосовать